Зато ее начальника вызвал на ковер. Потребовал найти виновных в том, что мне прислали ошибочные сведения. Недавно он отчитался, что уже нашел и уволил. И вот теперь Женя успела увидеть то, что я не собирался никому показывать. Похоже, пришла позаниматься, как и я. Только почему ночью? Такой женщине после работы положено спешить домой, к мужу и выводку детей.
Снова ловлю себя на том, что хочу разгадать эту загадку. Слежу за тем, как двигаются изящной формы губы, лишенные помады. И не сразу осознаю, что именно они произносят:
— Пожалуйста, не надо больше бить. У вас кровь на руках.
Перевожу взгляд вниз. И правда, из-под перчаток видны потеки крови. Судя по тому, как жжет костяшки, разбил их прилично. Не помню ничерта, я же мыслями был не здесь, а там, у себя дома. Три года назад…
Делаю шумный вдох-выдох. И снова ловлю аромат знакомых духов. Непроизвольно морщусь и приказываю:
— Не пользуйся больше этим парфюмом.
— Парфюмом? — недоуменно переспрашивает Евгения и смотрит на меня так, будто у меня поехала крыша. Может, и поехала. Но мне наплевать. И как звучит мое требование. И то, что перешел на «ты». Какая, к черту, субординация, когда мы оба в таком виде? Да и время далеко не рабочее. — Чем он вам помешал?
— Не нравится просто…
— Ну так вы им и не пользуетесь, — резонно замечает девушка. — Не помню, чтобы в контракте было что-то о запрете духов, — добавляет холодно.
— Значит, надо внести, — ворчу, понимая, что конкретно перегибаю.
— Вот когда внесете, тогда и уберу, — отрезает она.
Не желая продолжать эту тему, стягиваю перчатки. Ругаюсь сквозь зубы, любуясь выбитыми суставами и лопнувшей кожей. Евгения тихо охает рядом.
— Подождите, здесь где-то была аптечка, — спешит к шкафу в углу зала и возвращается с белой коробкой в руках. Пристраивает ее на ближайшем тренажере и просит: — Садитесь, — послушно выполняю. Но когда слышу новую команду: — Дайте руку, — ощущаю себя глупо. И хамлю:
— Какая строгая медсестричка. Слушай, кончай суетиться. Мне это не надо. Ты заниматься пришла, вот и давай… А лучше домой иди. К мужу, детям.
Еще не закончив свою речь, замечаю, как Евгения вздрагивает. Аппетитная фигурка каменеет. Лицо становится замкнутым, отстраненным.
— Обработаю ваши руки и пойду, не беспокойтесь, — произносит ледяным тоном. Сама подхватывает мою левую ладонь, подтянув ближе к лицу, начинает осторожно стирать антисептиком кровь.
Делает все так аккуратно и ловко, будто всю жизнь этим занималась. А я невольно наблюдаю за ней. Разглядываю изящный изгиб шеи и ту самую венку под прозрачной кожей. Сейчас она отлично видна.
А еще хрупкие плечи, ключицы. Обтянутую топом высокую грудь. Плотно сжатые губы. Чувствую, как теперь уже каменеет у меня в паху. Еще не хватало, чтобы девушка это заметила.
— Все, довольно, — вырываю руки из бережной хватки. Евгения как раз закончила бинтовать мои пальцы. — Спасибо говорить не буду. Не просил возиться со мной, — чувствую себя толстокожим слоном в посудной лавке. Но вся эта ситуация меня выбешивает. Сам не понимаю, чем.
— Мне ваше спасибо не нужно, — парирует девица. — Просто постарайтесь справляться с проблемами, не разрушая себя.
И этот ее тон меня окончательно взрывает.
— Тебе сколько лет, девочка? — интересуюсь скептически. — Двадцать три-двадцать пять? Что ты вообще знаешь о жизни? — не скрываю издевки.
Она поднимает на меня пронзительные, серо-голубые глаза и смотрит так странно, что ощущаю себя полным идиотом. Будто сморозил какую-то глупость. Даже становится стыдно. Где-то очень глубоко. Но назад не откатываю. Ибо, не привык.
Евгения какое-то время хмуро изучает меня, поджав губы. Словно я кусок говна. Потом молча забирает аптечку, относит ее на место и уходит, прикрыв за собой дверь. А мне неожиданно хочется заорать или снова избить грушу. И уже не из-за прошлого. Оно как раз отпустило. Зато чувство такое поганое, будто обидел ребенка или беззащитное животное. Вот я урод!
Еще Волошин
Глава 4 Женя
Чего я не могла представить, отправляясь в тренажерный зал для сотрудников, что встречу там самого Армагеддона. Вообще, я уже давно облюбовала эту тренажерку. Больше всего мне нравится приходить туда поздно вечером.
Просторное помещение с современным оборудованием и отличной системой кондиционирования. Шикарные панорамные окна. Шагаешь по беговой дорожке и разглядываешь подсвеченный огнями город внизу. Домой я обычно не тороплюсь, меня там никто не ждет. Могу спокойно заниматься в полном одиночестве.