- Привет.
Женщина вскрикнула, выронила пакет – бутылка полетела вниз и с глухим звоном раскололась о брусчатку. Шардоне хлынул из бумажного пакета. Она обернулась – её взгляд уперся в голую мужскую грудь. Она подняла глаза – легкая улыбка, хитрый прищур зеленых глаз и три тонны едва скрываемой наглости, отчего как-то сразу захотелось цитировать пьяного прапорщика из фильма «ДМБ». Но у Карины от неожиданности ноженьки подкосились, а потому, единственное, что она смогла – стрельнуть гневным взглядом и пробубнить:
- Футболки принципиально не носишь?
Женщина присела на корточки и двумя пальцами подцепила край бумажного пакета – потревоженное содержимое заскрежетало битым стеклом и выплеснуло остатки Шардоне на пешеходную дорожку. Винный аромат поднялся в воздух и обидно защекотал нос женщины – неплохое было вино. Но тут, загорелые руки потянулись к её рукам, грубые пальцы с той нежностью, на которую были способны, отобрали у женщины край пакета.
- Дай сюда, - не скрывая ехидной улыбки, сказал мастер на все руки.
Женщина повернулась – Кирилл сидел на корточках рядом с ней и, приподняв пакет, любовался последствиями хрупкой нервной системы молодой женщины. Карина возмутилась:
- Чего улыбаешься? Хорошее вино расколотила…
- Да дерьмовое вино, - сказал Кирилл, поднимаясь на ноги. – Хорошо, что расколотила.
Женщина, поднимаясь и расправляя складки юбки, гневно отозвалась:
- Действительно! Поэтому я его и купила.
Она развернулась и пошла вниз по улице, а Кирилл медленно пересек проезжую часть и, выбросив «плачущий» пакет в мусорную урну, пошел следом за женщиной.
- Подожди, - улыбнулся парень.
Он догнал её, а затем чуть наклонился и взял за руку, крепко сжав тонкую кисть. Карина дернулась, когда раскаленный жар коснулся тонкого фарфора, повернулась и посмотрела на него:
- Что ты…
Парень потянул её за собой:
- Идем.
- Куда? – заупрямилась женщина.
Ведомая на буксире она быстро перебирала ногами, хотя Кирилл сильно не торопился – длинные ноги отсчитывали расстояние, с невиданной грацией и некоторой вальяжностью. На вопрос он не ответил, но этого и не требовалось – громада его дома уже выглядывала из-за поворота. Пальцы Карины инстинктивно сжались, и Кирилл обернулся, словно она позвала его. Он легко уколол её быстрым взглядом улыбающихся глаз, чем подогрел сомнения Карины:
- Это не очень хорошая идея.
- Какая? – отозвался мастер на все руки.
- Ну… - Карина воровато обернулась. Ох, как не хотелось фигурировать в сплетнях.
Кирилл, увидев это, довольно сверкнул хищной улыбкой, а затем развернулся к женщине лицом, продолжая спиной вперед:
- Ждешь поддержки с воздуха? Или кавалерия на подходе?
Карина перевела взгляд на парня, а затем пробубнила:
- Это не смешно. Куда ты тащишь меня?
- Ответ очевиден.
Он по-прежнему вышагивал задом наперед, а его глаза с интересом следили за тем, как расцветает в женщине сомнение. Она стыдливо прятала глаза и совсем не из природной скромности, а потому что мысли её на так нежны и чисты, как того требуют каноны непорочности. Но и руки своей она забрать не пыталась, и прохладные фарфоровые пальцы трепетали в его ладони. Она подняла глаза и, наткнувшись на слишком откровенный взгляд, встала, как вкопанная:
- Я иду домой.
Кирилл поддался и остановился, словно происходящее – некая игра, интересная, увлекательная. Он посмотрел на тонкие пальцы в своих руках – грубая загорелая рука с нежностью провела большим пальцем по нежной коже, пересчитывая тонкие пальчики.
- Я просто хочу компенсировать разбитое вино, - темные ресницы вспорхнули вверх, и изумрудно-прозрачная зелень встретилась с карими глазами. – Такой повод нас утраивает?
Наверное, было что-то особенное в том, чтобы начать знакомство откровенным хамством, но Карине подобного рода игрища были в новинку. Она потянула руку на себя.