– Я все равно буду спать с тобой, - прошептал Кирилл. – Так чего нам ждать? – едва слышно говорил парень, ведя тонкие пальцы к самому краю полотенца. Карина смотрела, как под тканью поднимается возбужденный член, как её собственные пальцы коснулись мягкого ворса, под которым столько удовольствия для них двоих, стоит лишь потянуть за край ткани. – Ну же… - шепчет парень, сквозь быстрое дыхание.
И за секунду до того, как Карина решается распутать угол полотенца, Кирилл произносит едва слышное:
- Все-таки нужен был еще один бокальчик. Для храбрости…
Пауза.
- Что? – переспросила женщина.
Опьяненная прекрасным телом и собственной похотью, а вовсе не алкоголем, она не сразу, но все же осеклась:
- Не поняла? – подняла глаза Карина, глядя на красивое лицо парня, застывшее в сладких муках ожидания.
И это было, словно… на всем ходу врезаться в многовековую сосну на тяжелой, неповоротливой «Тундре».
И тут же в опьяненных глазах Кирилла мелькнуло понимание того, что он ляпнул:
- Ну, прости… - мягко заговорил парень, все еще тяжело дыша. – Я не…
- Неподрасчитал дозировку? – выдохнула Карина.
От любви до ненависти женщина скаканула за считанные миллисекунды.
- Скотина, - рявкнула она. – Надеялся, что я из той породы, у которых от одного глотка ноги разъезжаются?
- Да не выяснял я из какой ты там породы, - с силой выдохнул Кирилл. – Просто хочу тебя, – в его голосе прогремело эхо приближающегося грома, - понимаешь? Просто хочу трахать тебя…
- Охренеть! – взвизгнула Карина.
- Что тебя так оскорбило? – рявкнул заведенный парень. – Слово «трахнуть»? Может и грубо, но честно, ведь я и хотел быть честным. Почему-то мне казалось, что ты итак устала от вранья, - он протянул к ней руку, и уже гораздо тише, пытаясь снизить градус накала. – Я найду миллиард других слов, только не уходи. Мы ведь не о любви говорим – я просто хочу наслаждаться тобой. Просто секс. Дай мне приласкать тебя…
Но последнего Карина уже не услышала – она стиснула зубы от точного попадания в цель – больно и так обидно, что разом иссякли все силы. Она перевела взгляд на протянутую руку, подняла голову и посмотрела ему в глаза:
- А с винцом попроще, да? – саркастично ухмыльнулась женщина.
- Да! – психанул Кирилл.
- Вот ублюдок, - разочаровано выругалась Карина.
Она повернулась и зашагала прочь, а Кирилл стиснул зубы, оскалив клыки в беззвучном рыке. Он закинул руки за голову и смотрел в спину убегающей с единственным желанием – догнать её. Догнать, схватить её, как загнанную и прижать к стене, чтобы и пикнуть не смела. Запустить руки под юбку и сорвать с неё трусики, подхватить на руки, зажать покрепче, чтобы не дергалась, и ввести член во влажное, горячее. Слушая её стоны, чувствуя, как ноги обвивают его, чтобы глубже, сильнее, слаще. Как она шепчет его имя, впиваясь ногтями в спину, пока он будет ускоряться, чувствуя приближение оргазма…
Где-то за домом хлопнула калитка.
- Бля-ядь… - прорычал Кирилл.
[1] Nissan Navara.
Глава 5
А в следующее мгновение ухмыляющееся лицо окаменело – прозрачная зелень глаз подернулась пеленой безумия, и они застыли, глядя на женщину, челюсть сжалась, натягивая желваки под гладко выбритой, побледневшей кожей, заставляя женщину инстинктивно отшатнуться назад.
- Что Вам нужно от меня? – просипела Карина.
Он бросил быстрый немигающий змеиный взгляд на её ноги, и поднял ледяные глаза к испуганному лицу:
- Нам нужны вы. И все, что вас связывает с Кириллом…
- Вас не касается, - она хотела прорычать, но получилось жалкое блеянье.
Ледяной зеленый, словно игла – быстро, болезненно, и фарфоровая кожа Карины мгновенно покрылась испариной. А незнакомец едва слышно процедил:
- А если я скажу, что вы, мадам, спите с несовершеннолетним? И это уже не уголовка, разумеется, но… семнадцать, все же, не самый верный выбор.
- Вранье!
- Ну, вам-то виднее.
- Серьезно? Полагаете, я семнадцатилетних ни разу не видела?
И тут каменная маска снова превратилась в человеческое лицо – интеллигентное и даже привлекательное, кабы не подсыхающая кровь. Мужчина перед ней снова стал живым – расправил плечи, разжал кулаки, с побелевшими костяшками и улыбнулся:
- Акселерация… - наигранно вздохнул он, засмеялся, но тут же зашипел, промокая разбитую губу платком. – Акселерация и генетика. Он вам не рассказывал?
«Змея», - подумала Карина, но вслух спросила: