Парень отключил освещение катера – искусственный свет отступил перед темнотой, и ночь раскрылась иначе – звездное небо рассыпало над головой бриллиантовую крошку, протянуло сверкающий млечный путь над головами, зажгла тонкий серп убывающей луны. Карина повернулась к водителю – тот почти совсем сбавил обороты и медленно забирал вправо к берегу, сплошь заросшему густой стеной леса, и когда до кромки земли осталось метров пятнадцать, Кирилл заглушил мотор. Женщина развернулась лицом к капитану и молча смотрела, как он сбросил якорь в черную воду, и та ответила громким всплеском. Парень разогнулся, посмотрел на Карину, а потом лениво облокотился на поручень противоположного борта, и стал молча наблюдать за пассажиркой. Их окружила таежная ночь – плеск волн о борта, и сонная трель каких-то ночных птиц в лесу, запахи хвои и свежее дыхание реки. Он стояли у противоположных бортов и смотрели друг на друга, не говоря ни слова. Глаза быстро привыкали к темноте, и ночь рисовала лица и тела двоих всеми оттенками иссиня-черного. Рисовала искусно – каждая деталь, каждое мимолетное движение и выражение лиц было прекрасно видно: его хитрая улыбка одним уголком рта, её хмурые брови, его контур расслабленно ссутулившихся широких плеч и её тонкие запястья рук, скрещенных на груди. Карина сказала:
- Ты собирался отвезти меня до…
- Не хочу, чтобы ты искала другие варианты, - перебил её Кирилл. – Думал, это стало понятно еще в первый раз.
Голос его звучал тихо, но твердо. Карина смотрела на парня, ожидая продолжения, но его не последовало. И тогда она спросила то, чего никак не могла взять в толк:
- Чего ты пристал ко мне? Познакомились, пообщались. Ну, подумаешь, не заладилось у нас, но такое случается…
- У нас как раз все прекрасно заладилось, - снова перебил её Кирилл. – Поэтому и пристал. «Не заладилось» ни с чем не спутаешь, и поверь мне – я очень хорошо отличаю одно от другого.
- Я тоже, - возмутилась женщина, – и знаешь, когда человек пытается напоить женщину, чтобы залезть на неё – это совершенно определенно «не заладилось».
Кирилл засмеялся, мотая головой и глядя себе куда-то под ноги. Но потом оторвал взгляд он палубы и снова посмотрел на неё:
- Ну, хорошо. Я – болван.
- Не то слово… - пробубнила Карина, но глядя на острозубую улыбку парня с сомнением протянула. – Ты ведь так не думаешь?
Кирилл засмеялся:
- Нет. Я так не думаю.
Женщина возмущенно развела руками:
- Тогда к чему это?
- Ты хотела это услышать – я сказал, - тут парень выпрямился и сделал шаг вперед, палуба едва заметно качнулась под ногами. – Просто ищу правильные слова.
Карина недовольно мотнула головой, глядя как Кирилл сокращает расстояние между ними, но парень упрямо шагнул к нахмуренной зомби, не сводящей с него глаз. Он сказал:
- Ну, перестань. Нехорошо вышло, согласен. Но это глупо.
- Глупо? – Карина с сомнением глядя, как он протягивает руку к её лицу.
- Глупо мастурбировать друг на друга, когда мы на расстоянии вытянутой руки, - он коснулся «дыры в щеке» кончиками пальцев. Его взгляд пробежался по разрисованному лицу. – Я ни разу не целовался с зомби.
Он обнял её второй рукой, наклонился, притягивая к себе, но фарфоровая кисть уперлась в его грудь.
- Вот в этом вся проблема, - прошептала прямо в тонкие губы женщина. Она прикоснулась пальцами к его руке и потянула её вниз, убирая от своего лица. – Ты куда-то торопишься. А я за тобой не успеваю, и это сбивает меня с толку. Слишком быстро, понимаешь? И может быть, мы бы уже давно трахались, как кролики, - шептала она острым клыкам, - но меня подстегивают, как скаковую лошадь. Кнут меня не возбуждает.
Она мягко отстранила его:
- Медленнее.
Он закусил губу, расправил плечи и посмотрел на неё сверху вниз – глубокий вдох, и на выдохе:
- Знать бы, как…
Несколько секунд парень любовался разрисованным лицом, а потом медленно, с той грацией, что излучало каждое движение высокого тела, опустился на колени перед женщиной – его ладони не отрывались от неё, медленно скользя вниз по плечам, минуя грудь, спустились к талии и, описав легкую дугу, без зазрения совести легли на шикарные ягодицы. Женщина улыбнулась. Грубые пальцы сжали упругую задницу. Кирилл обнял, притянул к себе её бедра и, шумно вдохнув, зарылся носом в складку тонкой ткани шорт на сгибе бедра, вдыхая горячее, нежное: