Я, мягко ступая между щепок и кровавых пятен, вышла в центральный неф. Чутьё взревело за секунду до прощального звона паникадило, падающего с потолка под весом Акхамбы: хитрая тварь, видимо, поднялась по стене до окна и, продефилировав по балкам, как по помосту, спрыгнула на чёртову люстру. Я и свечи покатились по полу вперемешку.
Акхамба взревела, запрокинув голову, и прыгнула в атаку, всей массой врезавшись в сотворённый щит. Вдавив меня в поваленную мебель до хруста, тварь отпружинила под белую вспышку лопнувшего заклинания, приземлившись в пяти шагах и пришибленно вертя уродливой головой. Я, не стесняясь кряхтения, поднялась на ноги, перехватила покрепче меч и шагнула к твари, принимая первый удар когтистой лапы на острие. От второго увернулась, присев, и рубанула тощее жилистое брюхо снизу вверх. Чёрная жижа, заменяющая нечисти кровь, хлынула в лицо, выбив вонью дыхание.
Акхамба взвыла, замолотив передними лапами в воздухе с бесцельной попыткой меня достать, и завалилась на бок, жалостливо поскуливая и отползая прочь. Сплюнув мерзостный привкус с языка, я утёрлась рукавом и медленно, словно позируя для фресок, занесла меч над поверженной тварью…
Перекрывающий дверь киот выбило, не дав мне вспомнить, почему я всё ещё люблю свою работу. В узкий проём ударило массивное тело, стараясь пропихнуть его вслед за щупальцами. Воцарившимся замешательством воспользовалась раненая Акхамба, сомкнув свои челюсти на моём бедре.
Взвыв от боли, я со всей силы рубанула мечом по шее чудовища, но добилась лишь очередного взвизга и разжатых зубов. Тварь, почти по-человечески зажимая лапой хлещущую из шеи кровь, поползла от меня в дальний угол. Я же, спешно наложив заморозку на свежую рану, приготовилась ко второму раунду.
***
Рисковать не хотелось, так что, как только розовая в тепловом зрении нежить пробилась внутрь, я встретила её прицельным огненным столбом: сильным, но энергозатратным заклинанием. Розовая туша запищала на ультразвуке, вынесенная ударом за пределы церкви. В освободившийся проём тут же хлынули гули с подбитым вожаком, на бегу рассыпаясь в кольцо.
Не успевая вложить в ножны меч, я попросту уронила его себе под ноги, выхватив клинки и принимая на их острие первую из собакоголовых. Под ногами проскочила мелкая особь телогрыза, сбив шаг, но сама же поплатилась за это, получив обидный пинок под рёбра. Вожак гулей прицелился прыгнуть на спину, но вовремя подсказавший дар сберёг мою , и тварь пролетела мимо, лишившись задних конечностей.
Я крутилась юлой, изредка припадая на прокушенную ногу. Твари неосознанно теснили верткую добычу к алтарю. Я же, впрочем, была не против. Когда под ноги попалась первая из алтарных ступеней, из восьми гулей на своих лапах стояли только двое. Из Телогрызов, что мелкими назойливыми мухами метались под ногами, норовя впиться в тело – шесть. Уже пять - особо одуревшая от азарта нечисть неразумно подставилась, за что и поплатилась, рассматривая на полу свою задницу отдельно от тела.
Удар в бок выбил дыхание и клинок из правой руки: Акхамба, про которую я успела позабыть в пылу схватки, обошла нашу свору вдоль диамбулатория и по-крысиному ударила со спины, тут же разорвав дистанцию. Победно тявкнули гули, прыгнув разом. Разом и полегли, размазанные по полу с испугу неправильно наколдованным щитом.
Акхамба медлить не стала: напала, только лишь успел развеяться некро-контур от гулей. Первый взмах опасной лапы я неудачно приняла на клинок. Лезвие прощально блеснуло, улетев куда-то в сторону. Я, обезоруженная, растеряно попятилась вдоль алтаря, разрывая дистанцию. Чудовище старых захоронений, раззявив пасть, попыталось залезть на алтарь, но раненая туша была уже не столь проворна. Извинившись про себя, я толкнула растерзанное тело священника прямо в пасть твари. Удачно! Развороченные рёбра встали распоркой в челюстях. Могильная тварь попыталась высвободиться, резко дёрнув головой, но из раны на шее фонтаном брызнула кровь.
Первый метательный нож из рукава обломился на замахе, не пробив толстый череп противника. Второй, не дав себе подумать, я зажала в руке и, просунув в пасть твари между выбитых рёбер трупа, всей оставшейся силой вдавила в нёбо твари.
Акхамба конвульсивно задёргалась, стараясь сжать зубы, но лишь протолкнула острие дальше в череп. Ещё секунда, и тварь наконец обмякла, на прощанье вывихнув мне плечо, всей массой осев на пол.
***
Погода за станами храма портилась, это чувствовалось по усилившемуся сквозняку, что полз по полу и неприятно обдувал правую щёку. Где-то в паре метров от меня исходил гнилью и злостью вожак гулей, но встать и добить тварь было лень. Я ждала, что очередной порыв ветра принесёт ко мне запах могильника и битва начнётся вновь, но вместо этого раздались опасливые лёгкие шаги и дрожащий от страха голос жалостливо протянул: