— Лисенок, мой лисенок, — шепчет мужчина, начиная покрывать поцелуями мокрые щеки Смирновой. — Тебе нужно немного успокоиться.
Сейчас она была такой беззащитной, такой растерянной. Глебу действительно хотелось ее оберегать — одно из тех теплых человеческих чувств, которое хоть как-то сохранилось в нем за столько лет. Он любил, когда Алиса мило смущалась и забавно терялась. Но вместе с этим… она была такой упрямой и гордой временами. Мужчина уже не раз хотелось поставить ее на место. Это выбешивало, что она не слушалась. Ведь темные стратилат привык, что его слушаются. Беспрекословно. Но… для нее он сделал исключение. Уж очень она понравилась ему. Живой. Поэтому и не стал кусать. Она ведь догадывалась, но даже после услышанного намекнула, что волнуется за него. Она была полна веры в светлое и было даже как-то жалко рушить ее представления о жизни. Ведь настоящая жизнь намного мрачнее.
— Что ты делала у Иеронова? Это важно, — он прищурился.
Алиса вздрогнула в его объятиях, но его руки успокаивающе прошептал ей что-то в ухо, пытаясь успокоить.
— Он позвал нас на чай. Меня и… Антона, — уже более-менее успокоившись, понимая, что стратилат ее не тронет, она начала рассказ. Поведав об этом странном событии, девушка девушка попросила попить. Глеб был явно недоволен, что Алиса побывала в доме у Серпа, но, кажется, он на нее не сердился. Он злился на что-то другое, на что она пока не могла понять. И вот в ее руках уже стакан воды, а затем Глеб укутал ее в одеяло и вновь посадил к себе на колени.
Девушка закончила рассказывать, но вампир промолчал, но все же пристально и недоверчиво поглядывал в окно. Он, конечно, рассчитывал, что все пойдет так, но Антон его раздражал. И что-то подсказывало стратилату, что он еще покажет себя.
Ладно, этим он займется позже. У его лисенка наверняка есть куча вопросов и он ответит на них. Он очень надеялся, что она привыкнет к нему.
— У тебя же есть вопросы, — напомнил о желании девушки вампир. — Отвечу на первый — я не кусал Хлопов и остальных детей. Есть второй стратилат. Задавай следующие.
Алиса тихо выдохнула, его ответ очень обрадовал ее.
— А Свистунова она твоя…
— Пиявица. Я не хотел тут никого кусать, но она уж сильно напросилась, — хмыкнул он.
— Зачем ты тогда пошел сюда работать? — с замиранием сердца спрашивала она, кутаясь в одеяло.
— Мне нужен здешний стратилат, — холодно ответил он и его голос говорил о том, что больше подробностей он не расскажет. Он преследовал какую-то цель и не просто так появился в лагере. Однако эту загадку ему еще предстояло разгадать.
— Как ты стал таким? А история про семью?
— Я уже смутно помню, — чуть подождав, промолвил он. — Это было очень давно. История про семью правда.
— Что? Тогда почему ты сам стал таким? — она искренне не понимала.
— Это был не мой выбор. Я отличаюсь от других стратилатов, — хмуро отвечал он.
— Что произошло с тобой?
— Ритуал, — прошипел мужчина. — Я при смерти был. «Человек», как таковой, при обращении погибает. Вместо него появляется новая сущность, сущность вампира, которую уже ничем не заменишь, поскольку «человек» уже умер. Но все это условности, расскажу о них позже.
— Ты владеешь гипнозом? Ты загипнотизировал Антона той ночью? Это твоя особенность?
— Лисенок очень наблюдателен, — улыбнулся мужчина. — Но такая способность есть у всех стратилатов, хотя тебя вот не получается почему-то загипнотизировать.
— Получилось, — буркнула та, попытавшись встать.
— Куда ты, лисенок? Тебе надо привыкнуть ко мне, — удерживая ее у себя на коленях прошептал мужчина.
— Но ты же в реке купался и ты не носил галстук и значок…
— Я уже так давно живу, что нашел защиту почти от всего, — победно прошептал он ей на ухо.
— Тебе всего 40 же?
— На самом деле чуть больше тысячи, лисенок, — промурлыкал он.
— Ты шутишь? Почему ты не стареешь? — недовольно взглянула Смирнова на Глеба.
— Нет, — он заулыбался. — Чтобы такая прекрасная девушка обратила на меня внимание.
— От чего же не нашел защиту? — стараясь игнорировать его обаяние, спросила девушка.
— От тебя, — радостно хмыкнул Глеб.
— В смысле?
— Понравилась ты мне.