Смирнова постепенно успокаивалась. Проведя рукой по глазам, смахивая слёзы, она взглянула на стратилата.
— Это был сон. Нет, кошмар. Мне приснилось, что Серп здесь и Вероника тоже. Он хотел укусить ее, я пыталась помешать. Сказал, что Антон напал на тебя. А потом… потом я думала, что пришел ты, но это был еще один стратилат…
— Это был просто сон. Никто на меня не нападал. Я здесь, — прошептал Глеб, усаживаясь с ней на диван. Укутав Алису в одеяло и посадив себе на колени, древний осторожно продолжил:
— Серпа нет в лагере. Он куда-то спрятался.
— Ч-что? Ты не чувствуешь его?
— Нет. Наверняка после произошедшего в доме, понял, что я приду за ним.
— И что теперь и почему мне приснился такой сон? — все еще немного дрожа, спросила она.
— Ты напугана, устала, напряжена. Все это наложилось и вышло в кошмар, — ласково поцеловав в щеку, ответил Глеб. — Теперь просто ждать. Он объявится в конце смены, когда будет полная луна.
— Мы можем проверить Веронику и бабу Нюру, пожалуйста?
— Хорошо, лисенок.
На удивление вожатой он не стал отговаривать ее. За что Алиса была очень ему благодарна.
Была уже глубокая ночь. Все в лагере спали спокойным сном. Первым делом они проверили Несветову. Та умиротворенно спала в своей кровати, от чего у Алисы немного отлегло от души. Ее подруга в порядке.
Внезапный шум раздается из пищеблока. Поэтому пара следует туда. Зайдя внутрь, Глеб говорит:
— Останься тут, я все сделаю.
— Но… — пыталась возразить Алиса. Однако взгляд стратилата не дал ей усомниться в его решении.
Игорь и Антон ломают единственное препятствие — железную щеколду на двери в комнату старухи. Смирнова выглядывает из-за двери и тихо охает. Блондин, проверив пистолет, героически врывается в якобы «логово стратилата». Баб Нюра мгновенно нападает, понимая, что пришли по ее душу. В этой потасовке при единственном малом освещении фонарей с улицы, мало что можно было разглядеть. Зато можно было ощутить страх и волнение, что Смирнова их ощутила.
Вначале был сильный толчок, потом крик пожилой женщины, но звука выстрела до сих пор не было. Затем внезапная тишина. Слишком тихая и явно не к месту. Все застывают. Что-то большое быстро метнулось к Антону, выбивая пистолет из рук парня, от чего тот вскрикивает от испуга. Чувствуя дрожь и мгновенное оцепенение, вожатая понимает, что это Глеб начал действовать. Древний стратилат достаточно легко отталкивает Игоря словно щенка, который бежит на выручку своему другу, а затем хватает за горло Казакова, приподнимая над полом. Антон кряхтит, со страхом разглядывает нечто перед собой. Баба Нюра тоже замерла. Тихо лежит на полу, застыв жертвой. Такой, коей вечно застывала и сама Алиса. Не физически, так морально.
— Не надо!
Смирнова бежит к стратилату, пытается остановить. Отбрасывая Антона в стену, фигура темного перемещается к Игорю, тот встаёт уже напротив, не зная что делать.
— Пожалуйста, хватит, — просит девушка, ловя руку древнего.
— Ожидаемо, — Антон отрывисто дышит, грозно и недовольно рассматривая Глеба. — Так думал, что ты.
— Так что же не ко мне пошел, а к пожилой женщине? — смеется стратилат, пряча за собой Алису.
— Не пиявцы что-ли? — внезапно выдает женщина, осторожно поднимаясь с пола.
— Мы нет, а вот он стратилат! — рычит блондин и с новой силой бросается на Глеба. Тот легко перехватывает руку Казакова и заламывает за спину.
— Пусти, больно! — шипит парень.
Древний с легкостью вновь толкает блондина обратно в стену, куда тот улетел в первый раз.
— Два стратилата?! — хрипит она, хватаясь за сердце.
— А кто еще? — не понял Антон.
— Иеронов, — спокойно отвечает древний, хоть вопрос и не был задан ему.
— Он герой! Ловит таких тварей, как ты! — кричит Антон, защищая своего кумира.
— Да не было там никакого геройства, — кряхтит Нюра, заплетая густые бесцветные локоны в косы, но отсаживается от Глеба подальше. — Разбоем Серп со своим братом на дачах занимались.
— Но… — запнулся блондин. — Как же, а пистолет? А вампирская рука у него в кабинете?
— Рука-то братика его, — с какой-то радостной улыбкой, усмехается рассказчица.
— Пули не серебряные, — также спокойно отбирая у ошарашенного парня пистолет. — Обычная краска.
— Да не может такого быть…
— Благородно не правда ли? Революцию устроили. Насиловали, а сами кровь попивали. Теперь Серп Иванович о святом, о ладном рассказывает, что в сердце каждого таится. Только вот его сердце давно не бьется, — шипит женщина, смотря в одну точку. Она будто вспоминала что-то далекое.
— А вы про все откуда знаете? — с опаской прерывает её рассказ Антон, пятясь к двери. Игорь же последовал за своим товарищем, нервно поглядывая на Глеба.