— Хватит! — Серп одним ударом отправил парня в полет.
Казаков зарычал, недовольный, что ему не дают насладиться его заслуженной победой.
— Мне нужна кровь. А ты останешься здесь и будешь сторожить его, понял?
— Понял, — тихо рявкнул преемник.
— Ну вот и славно, — облизнув губы, Серп направился к выходу.
Стратилат уже было открыл заветную дверь к свободе, но тут Антон резко остановил его.
— Ты же за ней идешь, так? Обещал, что не тонешь, — шипит он на ухо Серпу.
— Парень, уйди с дороги и не мешай мне, а то пожалеешь.
Молодой стратилат оттолкнул от выхода старого вампира, скалясь и сверкая глазами.
— Она моя!
Антон стал походить на бесформенную тень, безликого, только алые глаза пылали гневом и решительностью. Одной когтистой лапой он схватил Серпа за голову, другой за шею. Иеронов сопротивлялся, но казалось, что Антону было все равно до его ударов.
Глеб в это время начал приходить в себя. Кое-как поднявшись, весь в крови и вновь в своей человеческой форме, он наблюдал, как новоиспеченный стратилат с чудовищной силой оторвал голову некогда Серпа. Эти уже что-то не поделили, одним стратилатом меньше, а значит это его шанс сбежать. Дальше все случилось с молниеносной быстротой.
Древний вновь с глухим треском рухнула на пол, будто какая-то игрушка, брошенная капризным ребёнком.
— Уже пришел в себя… Ранова-то, — раздался где-то рядом звериний рев.
Харкнув собственную кровь, Глеб увидел, как фонтан крови бивший из шеи тела, постепенно смолкал. Стиснув зубы, древний стратилат сделал еще одну попытку убежать. Однако, Антон вновь впечатал его в стену, удерживая мощной лапой.
— Куда же ты? Ты же не воспринимаешь меня как угрозу.
— Ты… не должен быть таким сильным, — прохрипел Глеб, пытаясь сбросить когтистую лапу с себя. Сейчас в его голове пульсировала одна-единственная мысль: сбежать и забрать с собой Алису.
— И я стану еще сильнее, — прорычал парень, вновь ударяя древнего стратилата ударом по голове. Сознание Глеба вновь погрузилось в беспросветный мрак.
пока все еще были в другой части лагеря, Антон тащил за собой два тела: обезглавленное Серпа и находящегося в бессознательном состоянии Глеба. Он шел к выставленным для костра палкам в лесу. Скоро тут зажжется прощальный костер. Он будет означать не только закрытие смены, но и унесет с собой жизни двух стратилатов. Вздохнув полной грудью, Антон засунул внутрь уже безжизненное тело Серпа, бросив голову туда же, а дальше уже и Глеба туда же положил, прикрывая еще большем количеством палок.
— Горите вы синим пламенем, — с садистской улыбкой прохрипел он. — Теперь я тут главный.
С этими словами Антон как мог вытер кровь с лица и уверенный в своей окончательной победе пошел за Алисой.
У Алисы все еще было плохое предчувствие. Концерт только что закончился, а Глеба не было видно. Ей нужно было оставаться в толпе, но вдруг в тени домов она увидела Антона. Тот рукой поманил ее к себе. Что-то точно произошло. Что-то нехорошее. Попросив Веронику присмотреть за Валерой, Алиса невольно двинулась в сторону Казакова.
— Мы победили, но… — чуть хрипло начал Антон.
— Но? Где Глеб? — с нескрываемым волнением спросила Алиса, с ужасом замечая кровь на его футболке.
— Он погиб, — как-то холодно и отрешенно ответил парень.
Смирнова чувствовала как дрожь пробежала по телу, как на глазах начали наворачиваться слезы.
— Ты… ты врешь. Он не мог… — дрожащим голосом прошептала она.
— Увы и ах. Пал смертью храбрых.
Его злорадная улыбка не укрылась от ее глаз. Алиса тут же развернулась и двинулась в сторону сражения, но блондин больно схватил ее за локоть.
— Там повсюду кровь. Тебе лучше не ходить.
— Пусти! Я не верю тебе, — вырывалась она.
— Тихо, — прошептал он, резко притягивая к себе, — Нам надо уехать.
— Я не поеду с тобой! — кричала девушка.
— Утром нужно уезжать, я угоню машину и мы уедем, — сказал Антон, будто бы и не замечая ее отрицательного ответа.
— Глеб… — Алиса чувствовала, как голова шла кругом, она отказывалась верить в происходящее.
— Всё будет нормально, — успокаивал блондин, — Глеба больше нет. Ты должна принять этот факт.
Его слова прозвучали довольно агрессивно. Однако ее мысли прервал загоревшийся костер в лесу.
— О, прощальный костер, — промурлыкал Антон, а его глаза будто засияли от радости. По щекам Смирновой все равно текли слезы. Казаков осторожно протёр моё лицо.
— Не плачь. Мы всё решим. А с Глебом получилось, как получилось. Он был таким же монстром как Серп. И теперь их нет. К тому же я просто уверен, что ты ушла бы от него скоро и выбрала бы меня.