Чуть поежившись, решила выпить какао и встала с кровати, направляясь в сторону кухни, но меня остановил дверной звонок. Странно. Может, Рай забыл что-то? Прислушалась к собственным ощущениям, но они опять молчали. Глазок на двери тоже ничего не выдал – в холле было темно, хоть глаза выколи. Тихо выдохнув, потянулась к ручке и заметила дрожащие от напряжения пальцы. Это еще что такое?! А ну собрались! Злость на саму себя отрезвила, так что дверь я открывала предельно спокойная и собранная. И тем более удивилась, когда увидела на пороге одногруппников Райана, среди которых и виднелась русая макушка крысеныша. Он с дурацкой ухмылкой сделал шаг вперед, вставая во главе этой подозрительной компании и прищурил глаза, наблюдая за мной.
- Приве-е-т. А Уокер случайно не дома?
Так же прищурила глаза, подражая ему.
- Какая жалость! Вот только вышел тебе навстречу. Разминулись видимо!
И нагло попыталась закрыть дверь, но мне не дали это сделать. Парни выразительно переглянулись между собой. Что-то не нравится мне все это…
В какой момент из моих рук выбили дверь, я так и не поняла. А в следующий момент компания в десять парней затолкала меня обратно в квартиру и повалила на пол. Шестеро парней держали за руки и за ноги, удерживая брыкающуюся меня от ударов, остальные четверо пытались связать и закрыть рот кляпом. В первую секунду накрыла паника, тут же уступая место холодному расчету. С особым садизмом прикусила руку одному парню и выдернула руку из захвата, едва не ломая предплечье. Однако переломы сейчас были не так важны – меня тут похоже похищать пытаются.
- Держите ее, придурки! – Зарычал крысёныш. Сукин сын. Ударив ребром руки удерживающих вторую руку парней в трахею, отчего те повалились на пол, захватила одного ногами за шею и повалила на пол, зажимая горло. Навредить и даже убить не боялась – как-то плевать на тех, кто пытается убить меня. Трое были обезврежены. Было был легко, если бы не раненое бедро и едва восстановившееся ребро.
- Заканчивайте уже!
Трое парней кинулись в мою сторону, не понимая, что дают мне отличную фору. Просто они стояли прямо около тумбочки, где под столешницей был закреплен пистолет. А теперь, когда они оттуда ушли, я кувыркнулась в ту сторону, шипя от боли в ребре, но достала пистолет, за долю секунды снимая его с предохранителя и стреляя в кинувшегося ко мне парня. Комнату огласил крик полный боли и выразительный мат. Стреляла умышленно в ноги, чтобы покалечить, но не убивать. Успела обезвредить еще двоих, когда пистолет выбели из моих рук ударом ноги. Послышался подозрительный хруст и последовавшая за ним боль, на секунду затуманившая глаза. Этого хватило, чтобы застать меня врасплох . Кто-то обнял меня со спины и, прежде, чем я успела что-либо сделать, ввел в шею шприц. Ноги стремительно становились ватными.
- Гребанная сука! – Услышала я рычание наверху, прежде чем потерять сознание.
Сознание возвращалось через силу и какими-то урывками. Я то просыпалась, балансируя между, то обратно проваливалась в темноту, не чувствуя совершенно ничего кроме холода и боли абсолютно во всем теле. Где-то там слышалась постоянная ругань и маты, но я не понимала и слова, будто находилась в вакууме.
Через сколько меня разбудили, я так и не поняла. Да и разбудили самым банальным способом – окатили ледяной водой из ведра. Я тихо застонала, попытавшись подняться, но упав от дикой боли в теле. Такое ощущение, что меня оравой попинали, еще и надругались хорошенько. Открыть глаза смогла лишь через минут семь, когда полностью пришла в сознание. Открыла и, не удержавшись, выругалась. Эхо подхватило мой элегантный французский и разнесло по помещению, в котором я находилась. Больше всего оно походило на какую-то заброшку – стены из бетонных плит уже заметно потрескались и пахли сыростью. Лежала я, кстати, на тонком матрасе, по запаху отнюдь не первой, и даже не второй, свежести, а я рядом со мной стоял стул. Весело. Сколько времени, интересно, прошло с моего похищения?
- Предугадывая твой вопрос, ты тут почти неделю. – Дверь в комнату открылась. Чтоб мне сдохнуть!
Я ошарашенно смотрела на человека, как оказалось, причастного ко всем моим покушениям, и не могла поверить собственной тупости. На меня смотрел ни кто иной, как Уокер старший и презрительно кривил свои губы. Захотелось убиться об бетонную стену. Я ведь чувствовала! Идиотка! Какая же ты идиотка, Райот!