- Сынок, время уже почти обеденное, - голос леди Катарины звучал ласково, а в глазах притаилась печаль. - За окном такое солнце! Сад цветет в этом году необычайно пышно.
Мужчина на кровати пошевелился.
- Не стоит, матушка. Вы каждый день рассказываете мне про сад, - прохрипел он. - А я каждый день жалею, что вместо сестры выжил я.
Миледи привычно закусила губу. Этот разговор, как часть бесполезного, болезненного ритуала, повторялся каждый день. Бывало, граф вставал, проглатывал ложку или две, даже иногда что-то читал или пытался колдовать. В последний раз чуть не сгорела конюшня, и Дерек окончательно ушел в себя, отказываясь выходить из комнаты.
- Я прекрасно знаю, что надо жить дальше. Что настанет день, когда придется предстать перед королем и получить бесполезные награды, чтобы удалиться с ними в эту дыру и доживать свой век. Как видите, я еще не умер. Значит, живу. Сожалею, если не так, как Вам хотелось бы.
- Мало ли, чего хотелось бы мне, - леди опустилась на край кровати, стараясь говорить ласково, словно с больным ребенком, и делано бодрым голосом закончила. – Зато сегодня у нас праздник.
- Это какой же?
- Твоя невеста прислала весточку. Миледи Арс-Ираш заглянет к нам. Так что будь готов ее встречать.
Казалось, слова произвели эффект разорвавшегося огненного шара. Дерек подкатился к краю кровати, резко сел, морщась от боли в боку и судорожно сжал сухую ладонь матери, отчего та болезненно поморщилась.
- Матушка, как Вы могли это допустить?!
- А что мне было делать? - графиня высвободила руку и встала с постели, вновь отходя к окну и стараясь не замечать умоляющего взгляда сына. - Мэрилин очень настойчива. Так что готовься сам ей все объяснять. Не пристало дворянину расторгать помолвку в письме. Хотя я сомневаюсь, что ты и письмо то написал.
Граф поморщился и закрыл лицо рукой. Ничего умнее его невеста придумать не могла!
Сидя в кресле у окна малой гостиной, леди ар Рилен теребила в руках последнее письмо Мэрилин, доставленное еще утром с магическим вестником. Девушка писала, что очень соскучилась и как раз сегодня будет проезжать мимо, а потому почла бы за величайшее счастье остаться на чай. «Проезжать мимо», - графиня-мать усмехнулась, во всех подробностях представляя себе невесту сына.
Как та быстро черкает по бумаги, роняя забавные кляксы, как подкладывает под себя ногу на стул и напряженно шевелит губами, перечитывая строки. Маленькая леди Мэри, которую отец так боялся выпускать из дома, что даже в Академию не отправил. А теперь было уже поздно.
Ментальный дар, неконтролируемый и сильный, сделал девушку заложницей собственной магии. Если бы ее удалось обучить, у империи появился бы козырь в переговорах с соседями, но старый граф не хотел впутывать дочь в политику. И теперь бедняжка покидала пределы собственного поместья, только выезжая на особенно важные мероприятия в столицу.
Вышколенный слуга приоткрыл дверь, поклонился, пропуская вперед раскрасневшуюся леди Мэрилин. Девушка тепло улыбнулась хозяйке дома, присела в вежливом реверансе и подняла на миледи лучащиеся теплом глаза.
- Рада Вас видеть, леди Катарина, - приблизилась к креслу, чтобы обнять миледи, обдавая ту ароматом миндаля и цветочных саше.
- Как Вы? – женщина поймала руку юной гостьи, легонько сжимая тонкое запястье. – Садитесь, дорогая. Надеюсь, дорога была приятной?
- Сущее удовольствие, - Мэрилин опустилась в кресло, шурша юбками. – Поля сменялись деревьями, а деревья полями. И так от самой столицы до Вашего гостеприимного дома, - девушка сняла перчатки, пристраивая их на краешке столика. – Могу я узнать, как Дерек? – в лучистых глазах застыло беспокойство.
Вошел пожилой дворецкий с подносом, на котором красовался чайник тончайшего фарфора, расписанный золотыми узорами, и две чашки ему под стать, хрупкая, словно невесомая сахарница с белоснежными кусочками рафинада причудливых форм, и две тарелочки, на которых горками возвышались шоколадные печенья и разноцветный мармелад
- Ваш чай, миледи, - мужчина принялся споро расставлять угощение по столу. - Чего-нибудь еще желаете?
- Нет, Шер, благодарю. Можешь быть свободен, - графиня махнула рукой, отпуская слугу, и вновь повернулась к собеседнице. – Говорят, Его Величество устроил роскошный прием по случаю окончательной победы?
Молодая графиня печально покачала головой, отмечая нежелание хозяйки говорить о сыне, но настаивать не решилась, принимая из рук леди чашку ароматного чая.