Она перекидывает сумочку через плечо, поднимает розовый чемодан и выходит из номера. Молится, чтобы не встретить охранницу с вечеринки Маккей в лифте или в холле. Точно не знает, но думает, что женщина по фамилии Гибни, вероятно, вселила страх в Энди Фэллоуза.
В холле сейчас пусто. Одна из женщин-регистраторов смотрит на Крисси с лёгким пренебрежением, когда та выходит. Сначала Крисси не понимает, а потом осознаёт: девушка думает, что перед ней проститутка, только что обслужившая клиента.
За отелем она поворачивает направо, просто потому что швейцар смотрит влево. Она не знает, куда идти и где ждать звонка от Энди Фэллоуза. Через квартал спрашивает прохожего, есть ли где-нибудь место, где девушка могла бы отдохнуть, может, даже перекусить.
– Как насчёт Дингли-парка? – говорит он и показывает в сторону, куда идёт она. – Шесть-восемь кварталов, много скамеек, много тени, и фудтраки будут работать.
– Разве не там будет завтра благотворительный матч?
– Да, но это совсем на другой стороне парка.
– Спасибо, сэр.
– Всегда рад помочь красивой девушке, – говорит прохожий.
Он уходит, а Крисси, польщенная, идёт дальше.
Кейт проводит пресс-конференцию с четырёх до пяти в зале отеля «Лэйк Рум». Она выглядит свежей и цветущей после упражнений и быстрого душа после бассейна.
Холли стоит в глубине зала, незаметная, хотя это её родной город, и она сама неоднократно попадала в заголовки местных новостей. Невысокая, с сединой, лицо непримечательное, но аккуратное, она обладает талантом казаться чуть недалёкой. Рука её находится в сумочке, касаясь, но не сжимая баллончик с перцовым спреем. Она узнаёт большинство местных журналистов, а также национальных теледив – Клариссу Уорд, Лорен Симонетти и Тревора Олта. Корри получила то, чего хотела: после того, как тур Кейт запретили в Толидо, он превратился в крестовый поход. У всех репортёров есть фотография Кристофера Стюарта из Айова-Сити; Джером передал пачку Холли перед тем, как отправиться говорить с Томом Аттой в Дингли-парк. Она попросила начальника охраны отеля раздавать их. Бакайский Брэндон, местный подкастер и знаменитость, сидит в первом ряду в старомодной шляпе репортёра и с катушечным магнитофоном на кожаном ремне через плечо. Он наклоняет микрофон (современный, без сомнения) к себе, чтобы задать первый вопрос.
– Мисс Маккей, в этом городе на свободе псих – так называемый убийца «заместителей» присяжных, а теперь и опасный сталкер охотится на вас. И тем не менее городская полиция проводит завтра ежегодную игру по софтболу «Пистолеты и Шланги».
Кейт отвечает:
– У вас вопрос, сэр, или вы просто хотите просветить нас?
Журналисты посмеиваются, но Бакайский Брэндон не сдаётся.
– Я просто даю фон, ведь вы – чужая в нашем городе. Вопрос в том, как вы оправдываете риск не только для себя, но и для вашей аудитории?
Для Кейт это лёгкая мишень.
– С момента решения по делу «Доббс против Джексон» в июне 2022 года по всей стране закрылись более сотни женских клиник. Эти организации…
Брэндон перебивает с улыбкой:
– У вас есть ответ, мадам, или вы просто хотите поумничать?
Это вызывает ещё больше смеха, и впервые Кейт кажется немного растерянной.
– Закрывшиеся центры предоставляли много услуг помимо абортов – мазки Папаниколау, контрацепцию, маммограммы, службы по усыновлению. Как вы это оправдаете?
Бакайский Брэндон не колеблется:
– Вы так и не ответили на мой вопрос.
Холли ожидает, что Кейт станет спорить – она любит оставлять за собой последнее слово – и с облегчением замечает, что на этот раз Кейт отступает, лишь заявляя, что меры безопасности в Минго будут достаточными, а раскрывать больше она не может, чтобы не скомпрометировать эти меры.
Пресс-конференция переходит к другим темам, лишь к концу снова возвращаясь к Кристоферу Стюарту. Репортёр из Associated Press спрашивает Кейт, связан ли Стюарт с какой-либо террористической организацией, например, с ИГИЛ или Армией Божьей.
– Насколько нам известно сейчас, он связан только с церковью в Висконсине под названием Церковь Истинного Святого Христа. С вопросами о террористических связях вам лучше обратиться к ним.