– Jazz, jazz, bring that shazz, do it, do it, show me how you move it, get on down and groove it, do that Lowtown jazz…
Сестра Бесси и Барбара поют куплеты вместе, танцуя в идеальном такте, передавая микрофон друг другу, исполняя слова, которые Холли знает не только из опубликованной книги Барбары, но и из блокнота с кофейным пятном, где был набросан первый вариант.
Песня длится почти пять минут – безусловно, номер на закрытие шоу – и Холли заворожена, особенно концовкой, когда из группы постепенно выходят все, кроме ударных.
– Дайте знать, Бакай-Сити! – призывает Сестра Бесси пустые кресла.
В субботу вечером, думает Холли, пять тысяч человек будут на ногах, петь «Jazz, jazz, bring that shazz, do that Lowtown jazz», петь слова её подруги Барбары. Холли кажется, что она видит самый сладкий сон наяву, и когда ударные замолкают, ей не хочется просыпаться.
На сцене Бетти и Барбара обнимаются.
– Она и правда любит эту девочку, – говорит Тонс.
– Без сомнений, – говорит Дональд Гибсон почти мечтательно. – Да, да, да. Она и правда любит.
Крисси волочит за собой чемодан за снэк-бар и садится на него – не хочет запачкать сиденье своего костюма Камалы. На её кнопочном телефоне Nokia горят четыре полоски сигнала.
Большинство местных новостных сайтов платные, но один независимый ресурс, которым управляет человек под псевдонимом Бакайский Брэндон, доступен бесплатно. У каждого его подкаста есть транскрипт. Крисси выбирает тот, что называется «Убийства «заместителей» присяжных: что мы знаем», и читает с большим интересом.
Это подтверждает то, в чём она уже была почти уверена, основываясь на новостях, которые слушала по пути из Давенпорта в Бакай-Сити: она либо по воле судьбы, либо чисто случайно наткнулась на одну из жертв убийцы «заместителей» присяжных. В обзоре Бакайского Брэндона указаны имена судьи, защитника, прокурора и всех присяжных – двенадцати основных, которые вынесли вердикт по делу Алана Даффри, и двух запасных. Одной из основных была Коринна Эшфорд – именно это имя Крисси нашла в руке у погибшей девушки. Похоже, Бакайский Брэндон не знает, что убита кто-то по имени Эшфорд – возможно, потому что полиция сама об этом ещё не знает или умышленно скрывает информацию.
Крисси думает, что убийцу может снова потянуть на каток. Возможно, чтобы полюбоваться своей «работой», а может – чтобы сбросить ещё одно тело. Потому что, как размышляет Крисси, деревья, окружающие это место, – идеальная охотничья территория для такого монстра. Много бездомных, которые копаются в мусорных баках за фудтраками, наркоманы, постоянно ищущие очередную дозу. Кто знает, может, эта погибшая девушка именно так столкнулась со своим убийцей – искала наркотики. И что может быть лучше для новой жертвы, чем заброшенное здание? Отправил ли он полиции фотографию руки с именем Коринны Эшфорд?
– Готова поспорить, что да, – бормочет Крисси.
Она не уверена, вернётся ли убийца, но он вполне может. Всё, что Крисси знает точно – она останется здесь до завтрашнего выступления Кейт Маккей. Если человек, убивший ту девушку, вернётся к месту преступления до того момента…
Она расстёгивает сумочку. Внутри – косметика, лосьон, зеркальце, кошелёк с фотографиями матери (но без кредиток – у Кристин Стюарт их нет), булавки, шпильки, небольшой блокнот, мини-пакетик Доритос… и пистолет 32-го калибра. Полностью заряжен – и этого должно хватить, чтобы убить Кейт Маккей. А заодно и ассистентку с охранницей, если придётся…
Но только если придётся.
Последнюю пулю она бережёт для себя.
Теперь у пистолета другое предназначение. Возможно, Господь желает, чтобы она послужила Ему не только, избавив мир от женского чудовища, проповедующего убийство беззащитных младенцев. Возможно, ей суждено уничтожить ещё и сумасшедшего, который убивает ни в чём не повинных людей.
Она уверена, что он явится. Обязан явиться.
Она думает, Бог привёл её сюда не ради одной-единственной цели.
Музыканты ушли, певица и бэк-вокалистки тоже, техники и рабочие сцены уже разъехались. Сцена погружена в темноту. Остался один только Триг, и он собирается скоро вернуться в свой домик на колесах в трейлерном парке.
– Пожалуй, в последний раз, – думает он.
Есть в этой мысли грусть, но сожаления нет. Всё чаще он приходит к выводу, что обманывал сам себя. Дело вовсе не в том, чтобы пробудить чувство вины у тех, по чьей вине погиб Алан Даффри; это было всего лишь удобное оправдание. На самом деле он убивал ради самого убийства. А так как клуба «Анонимные Убийцы» не существует, остановиться можно только одним способом.