И он остановится. Когда выполнит задуманное… или хотя бы доведёт дело до той точки, до которой сможет. Но мир должен узнать правду.
Он сидит за своим столом, механически постукивая керамической лошадкой по имени Триггер – вверх-вниз, вверх-вниз, – размышляя, как лучше поступить. Затем возвращает фигурку на место и открывает приложение на компьютере. Оно называется «ВЫВЕСКИ МИНГО» и управляет цифровыми табло: одним – над входом в фойе, другим – огромным экраном на Мэйн-стрит, где прохожие могут видеть расписание мероприятий.
Сейчас на них написано:
ПЯТНИЦА, 30 МАЯ, 19:00 – КЕЙТ МАККЕЙ
СУББОТА-ВОСКРЕСЕНЬЕ, 31 МАЯ – 1 ИЮНЯ – СЕСТРА БЕССИ (БИЛЕТОВ НЕТ)
Компьютер задаёт вопрос:
НОВАЯ НАДПИСЬ? [Да/Нет]
Триг нажимает «Да». Появляется новое текстовое поле.
Он набирает:
ЭЙМИ ГОТТШАЛК, ПРИСЯЖНАЯ №4 (КЕЙТ МАККЕЙ), БЕЛИНДА ДЖОНС, ПРИСЯЖНАЯ №10 (СЕСТРА БЕССИ) ДОУГЛАС АЛЛЕН, ОБВИНИТЕЛЬ (КОРРИ АНДЕРСОН), ИРВИНГ УИТТЕРСОН, СУДЬЯ (БАРБАРА РОБИНСОН). ВСЕ ВИНОВНЫ.
Он делает паузу, затем дописывает:
ДОНАЛЬД «ТРИГ» ГИБСОН, ПРИСЯЖНЫЙ №9 – ВИНОВНЕЕ ВСЕХ. ЗАВЕРШИТЬ? [Да/Нет] Он нажимает «Да».
ОПУБЛИКОВАТЬ СЕЙЧАС – [Нет], ИЛИ ОТЛОЖИТЬ – [Нет]?
Он нажимает «Нет».
Когда появляется следующее поле – то, где нужно указать время, когда надпись сменится, – он тщательно обдумывает, что вписать.
Государственный гимн на благотворительной игре – ключевой момент. Если Сестра Бесси исполнит его, всё может пройти по плану.
Хотя на самом деле он и не верит, что всё сложится так, как ему бы того хотелось: слишком много переменных, слишком много непредсказуемого. Но убийства сделали его фаталистом. Надо идти до конца и принимать, что будет.
Он гуглит: «сколько в среднем длится исполнение гимна на бейсбольных матчах?» Ответ: «минута тридцать».
Спросить у Гугла, начнётся ли игра вовремя, он не может, но если задержка не будет слишком долгой, это не сыграет роли. Хотя – кто его знает (опять же: слишком много переменных, слишком много непредсказуемого) – может, Сестра Бесси поскользнётся в душе, у неё разболится голова, она заболеет ковидом, или кто-нибудь из фанатов нечаянно стукнет её по голове – и она просто не сможет петь.
С чувством, будто переходит собственный кровавый Рубикон, он вводит: 30 МАЯ, 19:17 – именно тогда его финальное сообщение должно сменить текущее.
Компьютер просит подтвердить – он подтверждает.
Если всё пройдёт по плану, завтра вечером в 19:17 толпа будет толпиться в фойе и вокруг «Аудитории Минго», ожидая появления своей любимицы. И тогда кто-нибудь заметит, как на экранах меняется надпись. И всё поймёт.
Джону Акерли нетрудно найти то самое «мистическое собрание, где гаснут свет и зажигают свечи». Оно называется Сумеречный Час и проходит в подвале церкви в Апсале. Он едет туда, особо ни на что не надеясь, но надеясь хотя бы на крупицу информации, которую сможет передать Холли. Если ничего не найдёт – не беда, всё равно сможет «вернуться на исходную», как говорят в программах реабилитации.
Собрание оказывается неплохим. Джон слушает, но больше наблюдает, приглядываясь к старожилам. Насчитывает с полдюжины. После собрания разговаривает с несколькими, спрашивает, не помнят ли они человека, представлявшегося как Триг. Двое вспоминают – очень смутно.
Одна из старых баек, что ходят по таким собраниям, гласит: «У алкашей и наркоманов вшит механизм забывания». И это правда.
– Конечно, помню его, – говорит Робби М. – С бородой был. А потом, кажется, сбрил. Может, уехал куда-то.
Робби ходит с двумя тростями. Он медленно, с усилием добирается до церковной кухни, где наливает себе последнюю бумажную чашку кофе. Джон содрогается при мысли, насколько крепким может быть напиток со дна четырёхгаллонного бака.
– Что-нибудь в нём запомнилось? – спрашивает он.
– Да вроде нет. Белый, средних лет – плюс-минус, примерно твоего роста.
– А что интересует?
– Пытаюсь найти его для одной подруги.
– Не помогу. Майк «Большая книга», может, и мог бы, но он умер.
«Я знаю, – не говорит Джон. – Я его нашёл».
Он уверен: у Холли нашлась бы ещё куча вопросов, но сам не может придумать ни одного. Он благодарит Робби и направляется к выходу.
– Обычно представлялся как Триг, но иногда говорил Триггер. Как лошадь.
Джон останавливается.
– Какая ещё лошадь?
– Лошадь Роя Роджерса. Ты слишком молод, не застал. Пару раз, это давно было, он назывался своим настоящим именем.