На сиденье есть несколько пятен крови, но в центральной консоли лежат салфетки. Он вытирает пятна и кладёт салфетки в карман, чтобы потом выбросить.
Хорошая удача нужна только если делаешь это импульсивно. А рано или поздно удача всегда заканчивается.
Он решает больше не действовать по импульсу, но знает, что может быть бессилен остановить себя. Как в плохие дни, когда он говорил себе, что проведёт выходные трезво, что хотя бы раз в жизни проснётся в понедельник без похмелья. Но что такое воскресный футбольный марафон без одной-двух рюмок? Или пяти-шести?
– Неважно, – говорит он себе. – Четыре убито, девять впереди. Потом – виновный.
Он едет обратно в город. Ему нужно сделать один звонок.
Глава 8
Рейс Холли в Айова-Сити 23 мая запланирован рано утром, а вылет – поздно. Это не то, как она бы организовала всё, будь она начальницей, но довольно типично для таких маленьких авиалиний, как Midwest Air Service. Она не возражает – это даёт ей время поговорить с Джеромом перед вылетом.
Он берёт трубку только на пятый звонок и его голос звучит сонно:
– Привет, Холли. Который час?
– Четверть восьмого.
– Ты шутишь? Это даже не настоящий час.
– Я встала в половине пятого.
– Молодец, но большинство людей не живут по твоему времени. Где ты? Слышу самолёты.
– В аэропорту. Лечу в Айова-Сити.
– Ты шутишь? – Джером стал бодрее. – Никто туда не ездит. По крайней мере, по собственной воле.
Холли объясняет причину поездки. Джером впечатлён.
– Телохранительница у женщины, которая была на обложке «Таймс»! Новый раздел в твоём резюме. Классно, уважуха моей подруге, но зачем ты мне звонишь?
– Это должно оставаться в секрете. Можешь поговорить с сестрой, но иначе – никому не говори. В городе может действовать серийный убийца.
– Стоп, – Джером перебивает. – А вдруг твой серийный убийца причастен к убийству женщины на Бакайской Тропе и нескольких бездомных, которых прибили за прачечной? С именами в руках? Возможно, это имена присяжных по делу Даффри?
Сердце Холли сжалось. Не из-за себя, а из-за Иззи.
– Откуда у тебя эта информация? Не в газете, я уже посмотрела.
– Три попытки, первые две не считаются.
– Бакайский Брэндон.
– Верно, – сказал Джером.
– А где он её достал?
– Без понятия.
– Иззи боялась, что так может получиться. А как насчёт убитого в Таппервиле?
– Об этом пишут в газетах. Жертва не названа, ждут уведомления ближайших родственников, но если это связано с тремя другими, никто пока не связал эти дела. Включая Брэндона. А какая у тебя роль в этом, Холли?
Прошло уже несколько месяцев, а может и год, с тех пор как он называл её Холлибери, и она немного скучает по этому прозвищу. Она рассказывает Джерому, как Иззи показала ей оригинальную записку от человека, называвшего себя Биллом Уилсоном, и как сама Холли разговаривала с Джоном Акерли. Как именно Джон нашёл тело Майкла Рафферти, известного как Майк «Большая Книга».
– Джон нашёл его, и теперь вы консультируете полицию! – восклицает Джером с радостью. – Холли – это Шерлок Холмс, а Иззи – инспектор Лестрейд! Круто!
– Я бы так не сказала, – отвечает Холли. Хотя на самом деле, как ещё это назвать? – В ночь убийства Рафферти он должен был встретиться с кем-то по имени Бриггс. Иззи сфотографировала его календарь с записями. Если я отправлю тебе фото, покажешь ли ты его Джону? Спросишь, знает ли он это имя? Возможно, знает; если это имя, оно довольно редкое.
– С удовольствием.
– Извини, что отвлекаю от работы...
– Никаких отвлечений. Я как раз застрял с новой книгой.
– Когда упираешься в стену, пробей её. Старое китайское изречение.
– Чушь. Я узнаю старую поговорку Холли Гибни, когда слышу её.
– Хороший совет, в любом случае, – сказала она, стараясь звучать официально.
– Без проблем. Мне как раз нужен отвлекающий манёвр. Думаю, я – автор одной книги.
– Это уже чушь, – ответила Холли.
– Может быть да, может быть нет. В любом случае, передышка пойдет мне на пользу. Иззи – Лестрейд, ты – Шерлок, а я просто никчёмный иррегулярный с Бейкер-стрит.
Все с той же официальной интонацией Холли отвечает:
– Я думаю, ты очень даже регулярен, Джером.