Триг понял, что убийство – примерно то же самое. Он думает, что после МакЭлрой мог бы остановиться. С юридической точки зрения он перешёл красную черту, конечно, но в своей голове? Вероятно, нет. Он не думает, что именно Митборо и Эпштейн стали той последней каплей. Он думает – не уверен, но думает – что это Майк «Большая Книга» переключил этот рычаг. Всё, что он точно знает – что следующий, Синклер, снял определённое давление, которое мало относилось (а может, и вовсе не относилось) к его изначальной миссии.
Он проезжает крошечный посёлок Росскомб, состоящий из магазина, заправки и баптистской церкви. Потом снова оказывается в сельской местности. Четыре мили спустя он видит мужчину, который управляет старым трактором с высокими колёсами, буксируя дисковую косилку. Ещё рано для сена, трава всё ещё зелёная, значит, фермер, возможно, собирается посеять здесь урожай. Вероятно, фасоль или кукурузу. Триг съезжает на обочину и выходит из машины. Пистолет Таурус 22-го калибра лежит в его кармане. Он совершенно не нервничает. Он взволнован. Ожидает. Он ждёт, пока трактор не подойдёт поближе, и машет водителю рукой с широкой улыбкой, как сигнальщик. Мимо проезжает грузовик, направляющийся на юг.
Этот водитель, возможно, запомнит, как на обочине стояла Тойота, и как мужчина махал ему, останавливая фермера.
Ему следовало бы отступить, может, просто спросить дорогу и поехать дальше, но девушка, которую он оставил в приюте в Крукед-Крик, разбудила в нём аппетит, как раньше пробуждала первая рюмка. Он бы сказал себе: «Всего одну после работы...» – а потом пил всю дорогу домой, хотя разум подсказывал, что арест за вождение в нетрезвом виде может разрушить всю его жизнь. Так же, как эти ужасные фотографии и журналы разрушили жизнь Алана Даффри... или, по крайней мере, так думали все – судья и присяжные тоже.
Фермер останавливает трактор, но даже на холостом ходу старый «Интернешнл Харвестер» издаёт ужасный грохот. Фермер так же стар, как и трактор, с загорелым и обветренным лицом под большой соломенной шляпой. Триг подходит к одному из больших колес трактора, покрытых грязью, улыбаясь, и фермер отвечает ему улыбкой.
– Чем помочь, парень? – кричит фермер сквозь шум трактора и вращающихся лезвий косилки. – Заблудился?
– Да! – кричит Триг в ответ. – Я заблудился!
Он вынимает Таурус из кармана и дважды стреляет фермеру в грудь. Звук выстрелов почти теряется в реве трактора. Фермер откидывается назад, словно его укусила оса. Триг готовится стрелять снова, но тот наклоняется вперёд. Шляпа падает с головы. Тонкие седые волосы колышутся на лёгком ветру, напоминая Тригу пушинки молочая.
По шоссе проезжает машина. Она замедляется. Триг машет ей рукой, не поворачиваясь – всё в порядке – и машина снова набирает скорость. Триг достаёт из кармана кожаную папку и пролистывает тонкий сборник записок внутри. Он не чувствует тревоги, как не чувствовал её в прежние дни, когда ехал домой, потягивая из бутылки Смирнофф, зажатой между бедер. В этом моменте есть чувство полной правильности, и, о Господи, какое облегчение. Желание вернётся, но сейчас всё хорошо.
«Мне нужно МА вместо АА», – думает он и даже смеётся. Из папки он достаёт записку с именем Брэд Лоури. Лоури был присяжным №12 по делу Даффри. Триг поднимает соломенную шляпу фермера и кладёт туда записку с именем Лоури. Не спеша, он добавляет туда же записки Джабари Уэнтворта (присяжный №3) и Эллиса Финкеля (присяжный №5). Фермер приварил удобную подставку к боковой части трактора. Триг использует её и аккуратно поднимает фермера в вертикальное положение, стараясь не тронуть коробку передач и не запустить трактор.
Затем он резко насаживает шляпу на голову фермера. В конце концов кто-то снимет эту шляпу. В конце концов эти бумажки найдут и поймут их значение.
Проезжает фермерский грузовик, гружёный оборудованием. Триг стоит на месте, будто разговаривает с фермером. Грузовик проезжает мимо.
Он возвращается к своей машине и уезжает.
– Меня поймают.
Это не догадка, а железный факт. Он вспоминает то, что случилось под конец его запоев, то, что привело его на первое собрание Анонимных Алкоголиков. Три квартала от дома, пьяный в стельку с бутылкой водки, прижатой к паху, он увидел синие огни в зеркале заднего вида. Спокойно закрутил крышку на бутылке, положил её на пол пассажирского места и съехал на обочину, говоря себе, что коп не сможет учуять водку на его дыхании, как джин или виски, хотя прекрасно понимал, что это миф.
Коп мигнул фонарём в окно Трига и попросил права и регистрацию. Триг протянул документы, взяв регистрацию из бардачка его Тойоты – другой Тойоты, но похожей на ту, что он сейчас водит. Коп направил свет фонаря на документы, затем вернулся к своему патрульному автомобилю. Триг попытался спрятать бутылку водки в бардачок, но она туда не помещалась. Под пассажирским сиденьем тоже не помещалась. Он подумал: «Может, я и проведу ночь в городской камере для пьяных, но точно моё имя завтра будет в колонке криминальной хроники в газете».