Блядь.
Где-то здесь надо бы притормозить, но я почему-то жму на газ сильнее. Вместо того, чтобы уйти, смотрю на то, как подрагивают ее плечи, как покачиваются ягодицы и в каком напряжении находятся ноги.
Она издает протяжный громкий стон, вздрагивает всем телом и скользит по стеклянной поверхности душа вниз. Опомнившись, тихо отхожу, но задеваю локтем какую-то хуйню, стоящую на тумбочке рядом. Она слетает на пол, я сваливаю из комнаты Аси, проскальзывая мимо идущей мамы.
— Миш…
— Потом, мам, — со всей дури захлопываю дверь и приваливаюсь к ней спиной.
Я что, только что смотрел за тем, как Ася удовлетворяет себя в душе? Твою мать… вместо того, чтобы придушить ее там, я смотрел. И жаждал присоединиться. Впечатать ее в прозрачное стекло, раздвинуть ноги и трахнуть.
Но все, что я себе позволяю — точно так же закрыться в душе и, блядь, дрочить, вспоминая, как оглушающе сладко звучали ее стоны.
Глава 16
— Снова, представляешь?
— Да ладно! Ким? Не верю!
До меня доносятся голоса девочек из соседнего столика. Возбужденные, нервные, они не замечают, как начинают говорить громко.
— Скоро увидишь сама, он приехал в универ.
Я стараюсь не реагировать, но разогнавшееся вмиг сердце отдает пульсацией в висках. Стучит и стучит, словно что-то важное произошло, а не всего лишь бывший друг вернулся в университет. После недельного отсутствия приехал, как ни в чем не бывало. И судя по всему, не совсем в трезвом виде. Это я тоже зачем-то знаю. Наверное, потому что знают все, а я, хочешь не хочешь, но слушаю все, что говорят. Вот как сейчас, совершенно против воли. И я не прислушиваюсь, больно надо. Неважно вообще, что там с ним происходит.
— Аська… — меня кто-то толкает в бок.
Повернувшись, нахмуренно смотрю на Марьянку.
— Глянь, — кивает в сторону выхода.
Лучше бы я и дальше витала в своих мыслях и елозила вилкой салат в надежде, что он станет вкуснее, чем смотрела туда. Стоит только глянуть, как во рту мгновенно пересыхает. На пороге столовой появляется Ким. Не один, как всегда в компании своих прихвостней. Только выглядит он… иначе. Казалось бы, я уже привыкла к многочисленным изменениям в характере и внешности, но то, что вижу сейчас, выбивает прочную почву из-под ног.
— Охренеть, конечно! — шокировано тянет Нинка.
— Что это с ним? — сухо спрашивает Арина.
— Вот это я понимаю, а то ходил, как задрот, — не скупится в выражениях Марьянка.
Я молчу. Потому что разделяю шок Нинки и совсем не разделяю мнения Марьяны. Ким никогда задротом не был. Одевался чуть иначе остальных, это да. Там, где все носили узкую обтягивающую одежду,чтобы показать все прелести накаченного тела, а некоторые ушлые не только тела, но и того, что между ног, Ким носил мешковатые свободные костюмы на несколько размеров больше. И ему очень шло. По крайней мере, он выделялся, а не был похож на серую массу тупорылых качков.
Впрочем, он и сейчас выделяется. Несмотря на то, что одежда на нем почти как у тех самых тупорылых качков. Черные джинсы в обтяжку, белая футболка и черная косуха с каким-то устрашающим узором на плече. Его я замечаю, когда Ким поворачивается ко мне спиной. Не знаю, намеренно он это делает или нет, но как только меня замечает, отворачивается, делая вид, что я пустое место.
— Когда он успел так накачаться? — долетает вопрос из соседнего столика.
— А он ничего так, — это уже кто-то другой оттуда же.
— А ведь и правда, — толкает меня в бок Нинка. — Он всегда был таким? И ты от нас это скрывала?
Нинка таращится на меня, как на предательницу, хотя я совершенно ни в чем не виновата. Знала ли я, какое тело Ким скрывает под одеждой? Да, знала. Мы были довольно близки и малейшие изменения сразу же бросались в глаза. Только у меня и мысли не возникло сразу же об этом трезвонить на каждом шагу. Мои это, что ли, проблемы, если у них глаза на жопе и они его не замечали? Правильно, не мои. Как и то, что все на него пялятся сейчас, но меня это отчего-то очень сильно заботит.
Заинтересованных взглядов в сторону Кима определенно больше, чем два. Стоит лишь посмотреть по сторонам, как становится понятно — все в шоке. И куда только смотрели?