— Давай скорее, Аська, — подгоняет меня.
— Иду, — хватаю на ходу куртку.
Из дома выбегаем, словно воришки. Мама то и дело осматривается, но спросить ее в чем дело я не успеваю, потому что неожиданно возникает другой вопрос.
— На папиной поедем?
— Почему нет? — хмыкает. — Она быстрее.
Я смотрю на то, как решительно мама открывает водительскую дверь с сомнением, хмурюсь, когда заводит двигатель, но все же тоже забираюсь на переднее сидение.
— Ты расстроена, Ась?
— Нет, просто…
Держу при себе мысль, что папе это не понравится. В конце концов, маме тоже вряд ли нравится его новая подстилка, а он ведь ее не спрашивает, можно ему на ней жениться или нет.
— Забудь обо всем. Мы свободные и самостоятельные, так ведь?
— Так.
У мамы есть свой автомобиль. Самый, насколько можно верить интернету, безопасный в мире. И нет, это не потому, что мама плохо водит, просто она… беспечна и часто невнимательна на дороге. За последние пять лет папе пришлось сменить уже второй автомобиль, потому что предыдущие мама умудрялась довести до состояния “проще купить новый, чем чинить старый”.
Я до последнего думаю, что нас не выпустит охрана, но парни спокойно открывают ворота, и мы с мамой выезжаем с территории, где расположен наш особняк.
По трассе, ведущей в сторону города, мчим на какой-то запредельной скорости. Я понимаю это лишь когда автомобиль чуть уводит в сторону. Это мама едва не впечаталась в машину, едущую впереди. Тянусь к ремню безопасности и впервые пристегиваюсь, чего никогда прежде не делала, несмотря на правила.
— Мам…
Дальше я с ужасом смотрю, как мы едва не врезаемся в очередную машину. Перевожу взгляд на маму, которая с обезумевшим выражением лица едет по трассе, но вскоре все же снижает скорость до минимума.
— Набери папу, Ась…
Я тут же ему звоню, ставлю телефон на громкий режим. Несколько мгновений мама молчит, а затем, вжав ногу в педаль газа, говорит:
— Я в твоей машине, Стасик. С твоей дочерью. Мчимся по трассе и нам очень весело.
Пожалуй, мне впервые за все время становится по-настоящему страшно. Я планировала поехать с мамой в кафе, чтобы пообедать, но никак не думала, что это превратится в ее абсолютно неадекватное поведение и превышение скорости на дороге.
— Лина! — рявкает отец. — Немедленно останови машину и высади Асю.
— О, милый… а я? Я не должна выйти из машины? Только Ася?
Мама смеется как-то совсем не так, как обычно. Я прикасаюсь аккуратно к ее плечу и она дергается. Машину заносит, мы едва не врезаемся снова. Я вскрикиваю, а мама выравнивает автомобиль, но ни на километр не сбрасывает скорость.
— Ма-а-а-ам, — пищу жалобно. — Мамочка, давай остановимся, пожалуйста.
— Это же весело, Ась! Мы просто катаемся.
— Лина, немедленно останови машину!
— Ты не станешь вдовцом, — хохочет мама в трубку. — По крайней мере, не только.
Пока я пытаюсь понять, о чем речь, она открывает окно и швыряет в него мой телефон. Я же… господи, впервые хочу выпрыгнуть из машины на ходу, хоть и прекрасно знаю, что не сделаю этого. Скорость слишком большая, больше ста километров, что в случае нахождения за рулем мамы слишком много.
Она не поддается на уговоры, не слушает слова и в целом выглядит обезумевшей, а я… я даже не могу испугаться, потому что сильнее бояться, чем я боюсь сейчас, попросту невозможно. Вцепившись в ремень безопасности, я смотрю как мама лавирует между автомобилями и просит не бояться, ведь мы просто катаемся.
Ее голос в какой-то момент глохнет. Я закрываю глаза, чувствую сильный удар, а дальше — темнота.
…
Я прихожу в себя в больничной палате. Понимаю это, стоит только открыть глаза и наткнуться на стерильно белую палату и запах медикаментов. Рядом — обеспокоенный отец, его новая подстилка и Ким. Все они смотрят на меня так, словно я вернулась с того света, хотя по ощущениям, именно так оно и есть.