– Вот и у меня то же самое, будто Родина послала не на войну, а на три буквы.
– Вы как будто обижены?
Прапорщик молча крутил в руках оловянного солдатика. Суровый оловянный взгляд выражал несокрушимость и стойкость. «Мужчины не должны обижаться, обиды – это женские безделушки». Николай согласился и поставил солдатика на скамейку.
– Пусть охраняет.
– Образ войны против безобразия мира, – улыбнулась девушка. – Давайте уже выпьем кофе, а то остынет.
– Что? – снова отвлекся Николай.
– Чувство, – улыбнулась солдату девушка.
Ты в своей среде, я – в своей
– Я согласна любить тебя по четвергам, только с одним условием.
– С каким?
– Быть любимой в пятницу, субботу, воскресенье, понедельник, ну и, пожалуй, во вторник.
– А в среду?
– По средам у нас будет санитарный день. Будем отдыхать друг от друга. Ты в своей среде, я – в своей.
На том мы и порешили один прекрасным вечером, но как бы мы не держались за свои слова, свидание все равно выпало на среду.
Мы договорились встретиться на набережной. Алина пришла раньше, села на теплый мрамор и любовалась панорамой. В кармане Алины завибрировал телефон:
– Ты где? – опустил я приветствие.
– Я уже близко. А ты чем занимаешься?
– Люблю.
– И все?
– Разве этого мало?
– Конечно.
– Ну, я еще зашел в магазин, взял сыр, пармскую ветчину и бутылочку вина.
– Уже лучше.
– Надеюсь, тебя не накрыло ливнем?
– Нет, я спряталась под зонтом одного господина.
– Очень интимно.
– Я ему так и сказала, когда он мне предложил крышу над головой.
– Может, еще руку и сердце?
– Нет, только зонт. Он сказал, что всегда ходит с зонтом.
– Странно. Судя по поступкам, сердце у него большое тоже, мог бы поделиться.
– Если у человека большое сердце, это же не значит, что надо его предлагать первой встречной.
– Думаешь, ты была бы первой?
– Думаю, последней. Кстати, я уже почти на месте. Ты через сколько будешь?
– Через час.
– Ты с ума сошел? Зачем я так торопилась?
– Ты про господина с зонтом?
– Я вообще, – скисло настроение у Алины, словно в парное молоко неба над головой добавили кислоты.
– Извини, засиделись с Крисом за чашкой кофе. А ты уже совсем рядом?
– Уже пришла, – услышал он голос над головой.
– Посмотри пока на воду.
– Сам смотри.
– Что видишь?
– Как в воду глядела, что ты опоздаешь.
– Смотри внимательнее.
– Ты меня так целый час будешь развлекать?
– Гондолу видишь?
– Ну и…
– А меня? – встал я со скамейки гондолы и протянул руки навстречу девушке на набережной.
– Когда я уже привыкну к твоим сюрпризам?
– Эта будет самая вредная из привычек.
– Нет, самая вредная из них – это ты, – устроилась рядом со мною Алина. Гондольер виртуозно вел нас по узким каналам, среди множества других суденышек, то прижимаясь к набережной, то ловко отталкиваясь от нее ногой, используя выступы и углубления, чтобы прибавить ходу. Совсем скоро он переправил нас на противоположный берег. Там было одно уютное местечко, на каменных ступенях, прямо у воды, с видом на аппетитный кусок Венеции, отрезанный от большого пирога и выложенный на блюдо из глянцевой глади моря. Сам торт украшали разноцветные крыши домов и белые, словно из сливочного крема, купола собора.
– Иногда можно питаться одними видами.
– А что делать с другими?
– С такими, как ты?
– Ну, хотя бы.
– Скушала бы, будь ты съедобным.
– Буду.
– Пока ты будешь, я уже расхочу.
– Значит, я не зря зашел в магазин, – достал из пакета снедь и на нем же ее разложил.
– Подожди есть, полюбуйся красотой, архитектурой, – забрала свой взгляд Алина и легко подарила пейзажу. – Ты даже бокалы прихватил?
– Чтобы не испортить общую красоту. Хотя зачем мне архитектура, если есть рядом ты, – откупоривая бутылку, я поднял глаза. – Тем более мне занавеска мешает.
– Ты про свадьбу? Да ладно тебе, красивая фата.
– Все женщины хотят замуж, и каждая готова поверить в любовь ради одного дня в белом платье.
Неподалеку от нас на разбросанных на набережной лепестках роз, жених отчаянно целовал невесту. Сбоку от них стояла девушка и нагнетала романтику, выдувая мыльные пузыри.
– Нижнюю губу чуть глубже! Руку на талию! – расставляла предметы любви фотограф.
– Больше пузырей! Активнее! Плохо дуешь! – смотрела она в объектив, командуя своей помощницей.