Каким же романтичным мне тогда это казалось, но уже не сейчас…
И детей к тому же у нас не было. Мы, конечно, очень хотели и долго старались завести малыша, но моя долгожданная беременность прервалась на ранних сроках без явных причин, и пытаться вернуться к мечте повторно мы не стали.
В сердце больно кольнуло, а грудь сдавило невыносимой болью. Шок проходит, а его место медленно занимает осознание.
Козёл! Подлец! Иуда!
Никогда ему этого не прощу…
И что мне сейчас остается делать? Просто смотреть, как муж ходит налево? Закрывать глаза на его измены и тихо плакать по ночам в подушку?
Черта с два! Сейчас впервые за долгое время я выбираю себя!
Я узнаю, с кем мой муж мне изменяет, выведу его на чистую воду и тут же подам на развод!
Делить постель и жизнь с человеком, который в любую минуту может меня предать, в мои планы не входит.
Я молодая девушка, мне всего-то 32 года, у меня впереди целая жизнь, которую я обязана прожить счастливо, в любви, а не соплях и кастрюлях.
Такси плавно остановилось у ворот нашего дома. Я рассчиталась с водителем и быстро зашла в дом.
Всё внутри, каждый квадратный сантиметр давил на меня воспоминаниями о нашей семейной жизни. Но сейчас я не верила им.
Сейчас мне стало казаться, что Лёша всегда делал из меня дуру, всегда обманывал и изменял.
Мне казалось, что вся моя жизнь с Рублёвским — это была одна сплошная театральная постановка, и от этого мне становилось ещё больнее и одновременно противнее.
Спать я решила лечь в гостевой комнате, мне было мерзко касаться нашей кровати, было противно даже находиться в нашей спальне.
Мне казалось, что даже запах в ней изменился. Он стал каким-то чужим, каким-то грязным.
Как же так можно? Просто приходить к своей жене, в наш дом, в нашу постель после того, как ты целовал чужую женщину. После того, как ты ласкал её, касаться меня этими руками и прижиматься этим порочным телом.
Мне захотелось помыться. Да так, чтобы кожа горела огнем. Чтобы на мне не осталось даже запаха моего мужа.
Через час я вышла из ванны. Моё тело парило, а кожа неприятно жгла. Но мне и правда стало немного легче.
Я легла на кровать, укутанная в мокрое полотенце, и уставилась в потолок.
Я просто сверлила своё отражение в глянцевом натяжном потолке, и мою голову не посещала ни одна, даже самая мелкая, мысль.
Я не знаю, сколько времени я так пролежала и как уснула той ночью.
***
Следующий день. Главный офис медиа агентства «Линия», 9 утра.
Алексей так и не вернулся домой.
Поэтому утром я привела себя в порядок, надела самое красивое из подходящих для работы платьев и приехала в офис.
Сегодня я снова стану заместителем владельца компании, а не прислугой. С сегодняшнего дня Лёша для меня больше не любимый супруг, а просто босс.
Я поднялась на лифте в приемную своего начальника и замерла у двери с табличкой «Рублёвский А. А.».
Вчера ночью этот коридор и эта дверь разделили мою жизнь на «до» и «после».
Я не знаю, чем обернется моё решение вернуться в компанию, но хуже уже точно не будет.
Хуже быть уже просто не может…
Я толкнула дверь и уверенно вошла в приёмную.
— Доброе утро, девушка, вы к Алексею Аркадьевичу? — симпатичная и молодая девушка тут же подскочила с места и наигранно дружелюбно мне улыбнулась.
— Доброе, — ни хрена оно не доброе, — к Алексею Аркадьевичу. Мне ничего не нужно, я сама к нему зайду.
Девушка резко скинула с себя милую улыбку и тут же подскочила ко мне, преграждая дорогу в кабинет.
— Девушка, наш начальник занят. Назовите своё имя, я вас запишу. И когда он освободится, то обязательно вас приглашу.
Я окинула её пренебрежительным взглядом.
Сколько гонору у соплюшки. Слишком дерзкая она для секретутки. Хотя, может, это она вчера ночью помогала моему мужу «кончать» все его «важные» дела.
— Хорошо, записывай моё имя, дорогуша, — я сделала шаг назад и сложила руки на груди, — Рублёвская Эмилия Романовна.
Глаза девушки резко округлились, а ручка зависла в воздухе.
— Рублёвская? — запинаясь, уточнила девушка и кинула короткий взгляд на дверь босса.
— Да, какие-то проблемы? — я ехидно ухмыльнулась, — может, я всё-таки пройду?
— Проходи-ите, — снова запнулась девушка и уступила мне дорогу.
Как только дверь за мной закрылась, Рублёвский окинул меня холодным, но обречённым взглядом.
— Значит, всё-таки не передумала?
— Нет, — коротко ответила я и по-хозяйски прошлась по кабинету.