Бонни: Мне нужно сказать тебе две очень важные вещи. Первая: тебе больше никогда не понадобится защита от медуз. Никогда.
Это не укладывается у меня в голове. Что она имеет в виду? Медуза больше не будет нашей проблемой в третью ночь?
Бонни замечает, что я озадачена. Она терпеливо объясняет:
– Третьей ночи не будет! Тебе не понадобится противомедузная защита.
Стоп, стоп, стоп! Она имеет в виду, что мне нужно просто доплыть, просто работать руками все оставшееся время? Мы коснемся флоридского побережья до наступления ночи? Я соображаю сейчас очень медленно, но, кажется, я права.
Да, я все верно поняла.
Меня душат слезы, я переворачиваюсь на спину. Бонни говорит, что нам не придется плыть еще целые сутки. По ее подсчетам, мы прибудем во Флориду в семь вечера! Мои очки остаются на лбу, слезы катятся по моим щекам.
Бонни дает мне минуту для ликования, а затем строго напоминает: плыть придется еще довольно долго. За это время может произойти что угодно: нам стоит восстановить прежний ритм и идти вперед.
Я готовлю шапку и очки, а Бонни в этот момент разговаривает со мной:
– И кое-что еще, Диана.
Я: Что-то плохое?
Бонни: Что-то очень хорошее. Посмотри вперед, направо к горизонту. Видишь?
Меня укачивает. Шторм закончился, море спокойно. Там, куда Бонни указывает рукой, я вижу тонкую белесую полосу света. Это, должно быть, первый признак восхода солнца. Я замерзаю, скоро я сниму защитный костюм и буду греться под первыми лучами солнца.
Я: Это солнце!
Бонни смеется: Нет. Это лучше, чем солнце.
Пауза. Длинная пауза. Я напрягаю зрение. Что может быть лучше солнца?
Бонни: Это огни Ки-Уэста.
Мне нужен воздух. Тишина. Тридцать пять лет я хотела увидеть Ки-Уэст именно так. Тридцать пять лет я верила, что это случится. Меня душат рыдания.
Глава 33
Вообще никогда не сдавайтесь!
Никаких песен. Никакого отсчета. Я желаю провести последние часы Кубинского заплыва в благоговейном молчании, осознавая то, что происходит. Мне хочется припомнить, что значит для нас эта экспедиция.
Я мысленно перечисляю каждого, кто «вошел в эту реку» со мной. Список будет длинным. Многие помогали нам с тренировками, но не приехали на Кубу. Многие, как знакомые, так и незнакомцы, помогали деньгами, спонсировали нас. Каждый внес свою лепту. Я продолжаю грести и представляю себе лица этих людей. Мои Товарищи по Команде, которые остались на кубинской границе, – они не будут стоять на Флоридском берегу, ожидая нас. Но они не менее важны, чем те 44 человека, которые сегодня с нами. Я вспоминаю каждого, их лица, мимику. Прикидываю, сколько их: по меньшей мере 200. Маленькое поселение, не так ли?
Ночь длится гораздо дольше, чем я предполагала. У меня галлюцинации. В моем мире уже наступило счастливое утро понедельника, 2 сентября. Дайверы постоянно кричат на меня: «НАЛЕВО! НАЛЕВО! НАЛЕВО!» Я далеко отрываюсь от Voyager, иногда больше чем на 100 ярдов. Вожатые, дайверы, байдарочники беспокоятся о моей безопасности. Я устремляюсь на восток и затем все усилия трачу на возвращение на запад. Опять и опять. Вместо того чтобы плыть на север, прямо к пункту нашего назначения. У нас с немногословным по жизни Буко во время приема пищи состоялся разговор.
– Диана, вы потратите гораздо меньше оставшихся сил, если будете плыть просто по указателю. Расстояние сократится на несколько миль, если вы прекратите отклоняться вправо.
– Я понимаю это, Буко. Если бы я могла, то я бы так и сделала. Иногда я просто не понимаю, почему эти ребята такие занудные. Вечно вопят: «НАЛЕВО! НАЛЕВО!»… Иногда мне кажется, что плавание закончится, а они продолжат орать.
Буко решается на жесткие меры. Он останавливает каяк в паре дюймов справа от меня. Я делаю два гребка, тоже останавливаюсь и свирепо смотрю на него. Моя рука натыкается на его весло. Я отпрыгиваю. Мы сто раз репетировали это. Парни знают, что задевать меня веслами запрещено. Буко понимает, в каком я сейчас гневе. Но его это не волнует. Крики «НАЛЕВО! НАЛЕВО!», звучавшие на протяжении часа, не уберегли меня от метания в океане: я плыла направо, затем назад, опять направо, снова назад. Буко имеет разрешение от Бонни на то, чтобы полностью остановить меня. Повозмущавшись, я тем не менее через какое-то время перестала плавать зигзагами.
Я прилежно повторяю марафонские уроки. Как только вы преодолеваете одно из препятствий, сразу же возникает следующее. Эта ночь очень длинная. Время от времени ко мне возвращается мой разум. Между мной и моими Помощниками снова выстраивается стеклянная стена. А еще пища. Бонни, Полин и Лоис умоляют меня съесть хотя бы кусочек банана, откусить немного сэндвича с медом. При одной мысли об этом у меня вяжет рот. Я могу только пить. Они делают коктейль из электролитов, протеиновой смеси и воды. Так я получу хотя бы минимум питательных веществ и буду в силах продолжать.