В начале июня состоялся мой последний тренировочный заплыв на острове. Я проглотила последнюю нелюбимую овсянку, затем, поеживаясь, разделась на пристани. Мне предстояли 15 часов непрерывного плавания, после которых у меня должны были остаться силы на воображаемые 45 часов. Они стали реальностью, я сделала это. Я вспомнила все 10 месяцев безостановочной работы. Мечта снова овладела мной после всех этих лет сожалений о том, что пришлось оставить ее.
Совсем недавно я падала в обморок после нескольких часов в бассейне. Я думала об этих замечательных людях – Бонни, Тиме, Майе, Дэвиде, Кэти Лоретте, – обо всем, что они сделали для меня. На последней остановке для принятия пищи, в девять вечера, мы обнаружили рядом с нами пришвартованное парусное судно и разговорились с капитаном. Он сказал, как видел еще одну женщину, вплавь покидавшую гавань на рассвете. Затем он поинтересовался, соревновалась ли я с ней? Когда Дэвид ответил, что той женщиной была я, сутки плавающая вокруг острова, он воскликнул: «Не может такого быть!»
На палубе Бонни засвистела и замахала обеими руками. Сделано! Мой небольшой отряд выкрикивал поздравления, а я перевернулась на спину и зарыдала.
Глава 17
Первое лето в Ки-Уэсте
Обычно участники экспедиции изолируют себя в каком-нибудь небольшом городе на время организации и ожидания идеальных условий. Например, альпинисты Эвереста отсиживаются в Катманду, Непал. Для нас таким местом был Ки-Уэст, и я не могу вообразить более красочного и очаровательного уголка на земном шаре, пригодного, чтобы провести там несколько недель ожидания. Это наша собственная версия непальской деревушки.
Схождение с самолета на небольшое гудронированное шоссе Ки-Уэста вместе с Бонни, готовой уладить любые проблемы с нашим тренировочным лагерем, объединить Команду Экспедиции и получить кубинские и американские лицензии. На моих плечах лежала тяжесть этого сложного года, испытывавшего меня. Идя по этому кое-где потрескавшемуся асфальту, я чувствовала так, словно я прохожу сквозь кирпичную стену.
В июне 2010 года, как только мы прибыли в Ки-Уэст, в городе уже начали обсуждать наш заплыв. Многие жители выразили готовность оказать нам любую помощь. Номера в отелях для нас были бесплатными. Капитаны многих судов и кораблей вызывались помочь с навигацией и оборудованием. Нам давали скидки на продукты. Ки-Уэст – такое место, где все друг друга знают и помощь знакомому считается обязательной.
Однажды Бонни и я стояли у прилавка нашей любимой закусочной, рассуждая о том, что пора уже собрать команду байдарок. Парень, чинивший кофемашину, поднял голову, чтобы сказать: «Я – Буко, гребец! Я прочитал о том, что вы задумали, и я знаю команду людей, которая вам подойдет». Подобное могло произойти только на Ки-Уэсте. Буко Пэнтелис с того дня стал центральным и ценным членом Команды. Он организовал байдарочников: нашел шесть парней, которые будут сопровождать меня на двухместных лодках, к чьим днищам будут прикреплены акульи щиты. Буко выходил со мной в море по ночам, чтобы защитить меня от опасности.
Также к нам мгновенно присоединилась Команда дайверов, возглавляемая всемирно известным экспертом Люком Типплом. Он сказал нам, что мы поплывем по опасной территории и, следовательно, не сможем использовать ночью белые огни, поскольку они привлекают медуз и рыбу, на которую охотятся акулы.
Красные светодиоды подойдут больше, поскольку не привлекут акул, даже если они будут плавать вокруг меня на поверхности. Я решила поместить один из красных светодиодов на свой затылок, чтобы меня было хорошо видно из любой точки. В воде дайверы тоже собирались пользоваться только красный светом. Их было шестеро, по трое на одну смену. Двое будут находиться со мной в воде, а третий – на корме сопровождающей меня лодки, отслеживая время.
Остальные будут ждать на их главном корабле. Люк повторил мне то, что и другие исследователи: люди не являются акульей едой. Животное должно быть очень голодным, ничем не питавшимся как минимум в течение недели, чтобы напасть на меня в центре лодочной флотилии, окруженной акульими щитами. Однако Люк не хотел нас слишком обнадеживать и добавил, что в воде может произойти все, что угодно. Акулы очень непредсказуемы, особенно рифовые длиннокрылые.
Люк является защитником природы и ни за что не убьет животное. Как и в нашей Экспедиции-78, у дайверов не будет смертельного оружия. Они нырнут с трубками из ПВХ, снабженными теннисным мячом на концах, готовые щелкнуть злоумышленников по носу.