Спорить не было сил. Я послушно осушила бокал коньяка, который Степан мне налил лично, уложив меня перед этим на один из диванов для посетителей.
-Почему ты была без шокера?
-Я его не себе покупала.
-А кому?
-Подруге, к ней он тоже приставал.
-Почему тогда не взяла два?
Я не нашлась, что ответить.
-Мой последний день был вчера, не думала, что он представляет опасность для меня.
Степан замолчал, о чем-то размышляя.
-Ты собиралась уехать? – наконец кивнул он на рюкзак, который, в результате нашей возни на полу, отлетел почти к самой стене.
-Вы же купили у моего отца дом, - пожала я плечами. -Тот меня выгнал.
Степан покраснел. Я бы даже засмеялась, если бы не трагичность момента, таким смущенным он выглядел.
-Узнала, да?
-Зачем вы это сделали?
-Василиса, я знаю, о чем ты думаешь, но поверь, все не так…То есть не совсем так. Я сам вырос с уродом алкашом и знаю, что это такое. Я совру, если скажу, что не испытываю к тебе определенный интерес, но… Я могу тебе помочь, понимаешь? Безвозмездно.
Я все же рассмеялась. Как-то жалко и немощно, смех вырывался будто толчками.
-Безвозмездно? Не верю, - просто ответила, когда истерика закончилась.
Степан молча достал шелковый платок из кармана пиджака и аккуратно вытер мне нос.
Я с печалью смотрела на то, как дорогая ткань портится от моей крови.
-Мне сорок три, тебе восемнадцать. Понятное дело, что ты не доверяешь мне. Но позволь заметить, мой интерес не означает, что я с тебя что-то буду требовать. И потом, я ведь не предлагаю тебе жить в роскошных апартаментах, не дарю тебе машину или не настаиваю, чтобы ты переезжала ко мне. За комнату – будешь подрабатывать у меня горничной, за место на бюджете, я уже договорился. Это не стоило мне и копейки, всего один звонок хорошему человеку. Заметь, я договорился о бюджете, а не о платном отделении, чтобы как ты наверняка подумала, воспользоваться твоей зависимостью от себя. Ты преувеличиваешь мою помощь. И, кстати: дом я купил не только у твоего отца, я скупил всю недвижимость на той улице.
-Что?!
Степан пожал плечами.
-Там будет построен новый комплекс бизнес класса. Просто совпадение, поэтому то я и удивился, когда подвозил тебя. Твой отец был одним из последних, потому как, для подписания документов он должен был быть трезвым, а мои юристы месяцами не могли поймать его в таком состоянии.
Я усмехнулась.
-Так что, я не предлагаю тебе какие-то небесные дары. За комнату будешь платить работой, учиться придётся хорошо, потому как протекцию я тебе не составлял и особого положения у тебя не будет. Просто помощь.
-За что?
-Просто так, Василиса. Просто потому, что судьбы у нас схожи. И ты мне понравилась, чего греха таить.
-Как мужчина вы мне не нравитесь, - поджала я губы, но голос звучал уверенно.
-Я знаю, - спокойно кивнул он, -но не помню, чтобы я тебя склонял к чему-либо. А ты будешь просто дурой, если откажешься от шанса изменить свою жизнь.
Я молчала. Вскоре, вернулся Рико, едва заметно кивнул Степану и сел возле него. Потом весело подмигнул мне:
-Ну че, перестала рыдать?
Я фыркнула и отвернулась.
-Так что? – упрямо смотрел мне в глаза Степан. -Переезжаешь?
Я почти была изнасилована, отец выгнал из дома, а это был единственный человек, который пообещал мне помощь. Что удивительного в том, что глупая восемнадцатилетняя девчонка сдалась? Полетела, словно мотылек на огонь в сторону, откуда не было выхода. И пусть Степан, что угодно говорит о том, что его помощь безвозмездна, все же, даже в восемнадцать, я не была столь наивна, чтобы не понимать: он лжет. Я лишь не осознавала масштабы лжи в тот вечер.
7
***
-Я отвез ее и оставил одну, но думаю, что лучше, если за ней присмотрят парни.
Я хмыкнул.
-Не много ли чести для пигалицы?
Сокол как-то странно на меня посмотрел.
-Не называй ее так.
-Никак влюбился? – не поверил я.
Сокол прошел к бару, налил себе почти полный бокал виски и сел напротив меня.
-Представляешь? – по-детски хихикнул. -Я ей в отцы гожусь, а с той минуты, как увидел: лежащую на асфальте, с побитыми коленками, смотрящую на меня, так гневно, будто я есть черт из преисподней, понял, что все. Пропал.
-Она не красавица, - просто ответил я, как можно более равнодушно.
-Ошибаешься. Эта копна кудрей, ореховые глаза и острый язык…У этой девушки есть все шансы стать великолепной красавицей, если конечно, перестанет выряжаться, как пацан.
Я ничего не ответил, в голове вспыхнул образ испуганного олененка с растрепанными рыжими волосами и россыпью веснушек на бледном лице. Я понимал, как мужчина, почему Сокол запал, но не верил ему. Неужели, столь жестокий человек, который славится самыми кровавыми расправами, может влюбиться с первого взгляда в довольно посредственную девчонку? Но причин, почему бы он стал мне врать, так и не нашел.