А еще, позвонил Егор и рассказал, что его отец согласился нам помочь.
Так-что к месту, где предположительно находилась Снежинка, уже выехал наряд.
Благо отец Егора, начальник отряда специального назначения.
Только вот, после услышанного спокойней мне не стало. Наоборот, чем ближе мы подъезжаем к месту назначения, тем больше я нервничал.
От злости на самого себя, от происходящего в целом, моё сердце бьется всё сильней и сильней.
У меня перехватывает дыхание, в глазах кровавый туман. Такое ощущение, что происходит что-то воистину чудовищное.
Сжимаю кулаки, возникает желание крушить всё вокруг себя.
Бесит.
Как же меня бесит бессилие и неизвестность, просто кошмар.
Господи, неужели мы не успели?
Я знал о существование этого лесного домика, но никогда здесь не был. В отличии от Егора и Антона.
Именно они приезжали сюда тогда, в сентябре, когда Маринка рассказала всё и попросила нас о помощи.
Лесной домик был окружён высоким, глухим, железным забором. Этот забор был явно предназначенн для того, чтобы, что-то скрыть.
У ворот уже стояла машина ребят Беркута и он сам.
Отец Егора, всегда выделялся на фоне окружающих его людей.
Его аура подавляла. Он с детства меня пугал, даже больше, чем мой собственный отец. Но при всем этом, Егор Егорович был очень добрым и понимающим человеком. По крайней мере для меня.
Ко мне быстрым шагом подошёл Егор. Впервые вижу друга таким растерянным.
- По геолокации мы на месте. Но не заметно, что тут кто-то есть. Даже машин нет. Не пешком же они сюда пришли?
- Ты хочешь сказать, что мы опаздали?
- Точка не двигается. Если часики еще на Снежке, то она точно здесь.
К нам приблизился отец Егора.
- Так. Молодежь, не кипишуйте. Я уже отправил ребят проверить дом.
Не обращая внимания на окрики, я как умалишенный понесся в дом.
Внутри дома была полная разруха.
Непонятно, если так было всегда ... То как здесь выживала мать Марины?
Так, стоп.
О чём я думаю сейчас?
Где мои мозги?
Я должен думать о любимой, а не о чужой для меня женщине. Которой к тому же уже давно всё равно.
- Здесь никого нет. - ко мне подошёл один из парней Беркута.
- Это точно? Вы всё осмотрели ... Ничего не пропустили?
- Нет, остался еще чердак ... Но я не думаю, что там кто-то будет.
- Твою дивизию, вам не думать надо, а действовать. - слова парня меня разозлили еще больше, врезать бы ему, но блин, сейчас не до этого.
Как одержимый мечусь в поисках входа на чердак, когда нахожу его испытываю шок.
Лестница вполне себе приличная, крепкая и ни какая-нибудь лесенка, а именно лестница.
Такие обычно ведут на второй этаж, но ни как не на чердак. Правда спрятана она была, обалдеть как хорошо, если не знать, что и где искать, так просто и не найдешь.
Повезло?
Нет ... Мне подсказали.
Тот самый парень подсказал, что подходил ко мне.
Поднимаюсь на чердак и впадаю в ступор, передо мной сидит на стуле, связанная Лизка.
В углу чердака, на корточках рыдает какая-то девчонка.
Но Снежинки нет.
Её нет не где. Сзади ко мне подошёл Егор.
- Сигнал всё еще показывает, что она здесь ... Ничего не понимаю.
Поднимаю на него глаза.
Хочу сказать пару ласковых.
Но, Егор же не виноват в том, что это я идиот. Только по моей вине с моей любимой женщиной, с матерью моих детей случилась эта беда.
Только из-за меня, возможно уже не кого больше искать.
Именно сейчас.
В этот самый момент.
Я понял.
Что такое безнадёга.
- Максим? - раздается взволнованный голос девушки. - Вы не найдете здесь Снежану.
- Где она? Что ты знаешь? Рассказывай. - в два шага подлетаю к девушке.
- Я ... Меня зовут Маргарита. Я медсестра из той клиники, в которой наблюдается Снежана. Максим, простите меня. Я очень виновата перед вами. Это я, позвонила и рассказала Лизке о времени вашего посещения клиники. О времени скрининга. Это я, с самого начала докладывала ей обо всем. Это я ввела Снежане укол который должен был спровоцировать родоразрешение.
От этих слов меня начинает трести.
- Что ты сделала? - хватаю девчонку за горло.
Перед глазами опять красная пелена.
И одно желание.
Убивать.
- Макс ... Макс, ты что творишь? Отпусти, ты же сейчас её задушишь. - слышу, как будто бы из далека голос Егора. Кто-то вцепился в меня и пытается разжать мои руки.
Укол?
Она сделала укол?
Эта дрянь убила Снежинку и детей?
Все попытки друга, достучатся до меня были бесполезны.
Меня охватила такая ярость, что мой мозг отказался напрочь что-либо понимать. Я смотрел в глаза этой дряни и видил, как постепенно из них начала уходить жизнь.