-Дочь, мы не можем ни к кому обращаться. Ни кто не должен знать о Диане, как об оборотне, тем более в стае Кравец. На это есть свои причины. Одна из них заключается в том, что если она обернётся на их территории, и при их помощи, то она автоматически становится членом стаи, а ей там жизни не дадут. Сама понимаешь как будут относиться к дочери ведьмы. Вторая причина, это то, что у нас своя стая.
- Чего? Хигхии. Пап, ты чего, какая у нас стая? - перебила я его.
- Белого Шамана. - произнёс он серьёзно. Будто сказка, что рассказывали мне в детстве про стаю Белого Шамана правда.
- Но это ж сказка или легенда которой лет сколько, триста?
- Оливия, не паясничай. Это не сказки. Отнесись серьёзно ко всему, что тебе папа говорит. - сказала мама строго на меня посмотрев.
Взрыв мозга. Вот что со мной сейчас происходит.
- Трындец! Вы оказывается члены стаи, а мне сказать об этом не надо! И как давно ты в курсе этого? - смотрю внимательно на Ди.
- Почти всю жизнь, как себя помню.
-Пипец... - мне плохо, так плохо от обиды! От того, что родные и любимые люди скрывали от меня - что? То что они члены древнего и сильного клана, который истребили объеденившиеся стаи оборотней. Или от того, что все кроме меня были в курсе этого.
Так и не поев, я поднялась из-за стола.
- Я это... Пойду. Мне надо.
Стараясь не расплакаться пошла к себе в комнату. В душе обида, горькая, противная, давящая прямо на сердце. А, ещё пустота. И ощущение ненужности. Вот ты живёшь в семье, любишь, а оказывается ты и не в семье. Убиваясь и плача, завалилась на кровать. Блин, красное постельное бельё, я его терпеть не могу, а вот Ди его любит. Выходит её они любят больше?! Раз в клан приняли, и так оберегают.
- Оли, ты уже не маленькая девочка, чтобы на что-то обижаться не разобравшись. - войдя в комнату сказал отец, и сел на корточки около кровати. Он всегда так делал, когда мне было плохо. Приходил, садился у кровати, смотрел мне в глаза и расспрашивал, какая беда у меня приключилась.
- А, что здесь непонятного? Вы просто не сказали мне, сделали так, что я чувствую себя долбанным изгоем! Почему все вечно от меня отворачиваются?! Что я должна благодаря этому понять, что я нафиг никому не нужна? - возмущение и обида так и лились рекой слов из меня.
- Ты многое не знаешь. И я бы хотел, чтобы это так и оставалось. Чтобы моя дочь жила спокойной и обычной жизнью, насколько это возможно. Но у меня не получается. Знаешь, гостевая комната, не то место для разговора, что нам предстоит.
Только после его слов, я осознала, что нахожусь не в той комнате, какую мне определили родители. И точнее всего я заняла комнату тети Марины и Ди. Блин! Мне так стыдно стало за свои мысли, и ощущение, что я не права только усугубляли моё состояние. На моих щеках наверное можно яичницу жарить!
Вскочив с кровати я опрометью помчалась на выход.
- Дверь слева. - крикнул мне папа в догонку. Его эта ситуация уж точно позабавила.
Моя комната оказалась почти пустой, если не считать белого шкафа и кровати с тумбочкой под цвет ему. Очень хорошо к этой обстановке подходит слово обизличина. Не понятно чья эта комната, и кто в ней живёт. Ярким пятном было новое постельное белье с изображением северного сияния на пододеяльнике, и россыпью звёзд на подушках и простыне. Лет пять назад я купила на распродаже такое же, и пользовалась им можно сказать по праздникам, потому что отдала за него одну треть своей зарплаты. Так что берегла его как могла.
Вещи мои были аккуратно разложены и развешены в шкафу. Папа постарался. Когда спрашивается только всё успел? Я называю это - его суперспособностью военного. Усевшись поудобнее на кровати, вопросительно посмотрела на папу.
- Двигайся давай, Вик. Зря мы с матерью тебе такое широкое койко место приобрели? - сдвинув меня в бок, уселся рядом, как раньше, когда рассказывал интересные истории из жизни, или сказки перед сном. Наедине, бывало они с мамой меня называли моим прежним именем - Вика. Иногда было странно слышать его, будто и не моё оно.
- Будешь рассказывать мне сказку, о Белом Шамане?
- Раньше ты слушала сказку, теперь послушай о моей жизни...
Очень давно, как ты знаешь, отвергаемые своими сородичами шаманы, ведьмы, вервольфы, ведьмаки, оборотни объединились под предводительством сильнейшего шамана. Он не хотел власти, войны или разногласий с другими кланами, но и оставлять тех кого травили свои же сородичи, из-за того, что они были чуть иными не мог. В его клан приезжали со всего мира, кто мог сбежать или кого выгоняли, бывало он выкупал детей, отвергнутых родителями и стаей, если тот не был склонен к обороту. Многие родители сами приводили своих детей, боясь за их жизнь. Было одно лишь условие для вступления в клан - необходимость в новой семье и защите. Для этого нужно было пройти тропу за Грань. Кто-то проходил, а кто-то оставался за Гранью. Довольно жёстко, но справедливо.