Ни к месту, пришло осознание, что вот именно так то и выглядит полу-форма оборотня волка. Вот, только какого-то неправильного. Не бывают волки настолько крупнее медведей. А, я их то уж повидала достатолчно. От этой мысли, сама не заметила, как стала скептически взглядом рассматривать этого… А, кто это вообще? Додумать свои рассуждения мне не дала одна наглая, пушистая морда. Без какого бы то ни было страха и пиетета, она боднула его в сторону и уставились на меня вопрошающим взглядом.
– Вы на неё посмотрите! Чего расселась то? Мы её тут спасаем, клыков и лап не щадя! А, она расселась! Как куль с…
– Диана!? – моё удивление оказалось на столь велико, что даже отсутствие голоса не помешало просипеть имя, этой невыносимой волчицы!
Огромное удивление сменилось, огромным облегчением. Сил словно совсем не стало. Как по щелчку выключателя, голову повело, а тело обмякло, на то подобие матраса, на котором я всё это время сидела, опершись спиной о стену. Гул в ушах мешал разобрать, что ещё, такого колкого и едкого хотелось донести волчице до меня. И лишь последнее, что мозг способен был запомнить, еле различимый рык: "Я сам". Ощущение, что меня резко повело вверх, и прижало к такому необходимом мне теплу, было последним в моём сознании.
***
– Почему ты не оборачиваешься, раз ты оборотень? – спрашиваю я у него.
Он сидел на поваленном дереве, с таким хмурым выражением лица. Папа обычно тоже сидит в своём кресле, вот с таким выражением, когда ему звонят с работы и долго что-то говорят.
– Потому, что… – буркнул он и отвернулся.
Странно. Обиделся что ли? Я же ничего обидного не сказала.
– А почему ты обиделся, что я у тебя об этом спросила?
– Ничего я не обиделся! И, что ты вообще пристала? Какая разница оборачиваюсь я или нет? Или ты со мной дружить перестанешь если я не оборачиваюсь?
– Не правда! Я с тобой просто так дружу! Потому что ты мне нравишься! И ты мой единственный друг, кроме Артии. Ты меня понимаешь, не боишься, и не обзываешь чокнутой! – обидно теперь стало мне. Я же от всей души с ним дружу, а он… Вон че думает обо мне.
– Да ты не кричи так, Вилка. Ну, чего из-за ерунды на меня дуешься? Хочешь, я тебе поляну земляничную найду? Или малинник?
– Я, не Вилка! Я Вика! Виктория! Не хочу я ягоды, я их вчера ещё наелась. Я на волка живого хочу посмотреть! Ну, что тебе сложно, что ли обернуться?
– Вот пристала же! Мне для этого раздеться надо, а то я без одежды останусь, или она мне все передавит при обороте. Нам вне стаи вообще запрещено это делать. Если кто узнает…
– Я никому не скажу, честно - честно! – пообещала я ему, энергично мотая головой. – Я в палатке пока посижу, а ты переоденешься и обернешься, и меня позовешь когда можно будет выходить.
Не теряя времени, помчалась в палатку и стала ждать, когда можно будет посмотреть на волка! А, может если повезёт и шерстку погладить! А какой он по цвету будет? Такой же серый, как обычные волки, а может чёрный…
– Выходи. Иди смотри, Вилка.
На глазах навернулись слезы. Я ведь так хотела, так ждала. А он меня обманул. Слезы покатились из глаз. Сопли начали течь из носа. Платок где-то в рюкзаке лежит, около палатки. Выходить к этому вруну совсем не хочется.
– Ты чего там опять ревешь, Викушка - ревушка?
– Я не ревушка! А, ты! Ты обманщик! Фу, обманщиком быть и с обманщиком дружить! – прокричал я.
– С чего это вдруг я обманщик?
– Ты мне волка не показал! Сам обещал обернуться, и не обернулся!
– Ты сначала глаза разуй! Выйди и посмотри на меня! Обманщиком ещё обязывает! Я тут ради неё, Устав стаи нарушаю, а она… Ррва, на тебя!
Перестав плакать, и вытерев слезы рукавом кофты, решила уточнить:
– А, как ты тогда со мной сейчас разговариваешь? Если волки и оборотни в волчьей форме говорить не могут?
Вышла из палатки, и рот раскрыла. Передо мной стоял, настоящий волк. Белый!
***
–Дав, ты чего так плохо выглядишь? Тебе домой к маме надо! Она тебя к врачу отвезёт или лекарство какое даст.
– Вилка… Мне плохо очень. Нельзя мне к маме, мне после того, как я им с братом помог совсем плохо. Вилка, а ты меня любишь? Будешь скучать по мне, если меня не станет?
– Конечно я тебя люблю! И как это тебя не станет? Перестань меня пугать! – мне очень страшно. Дава словно высох и стал похож на старичка. Совсем не похож на себя.
– Я позову родителей, они тебе помогут! – вскочив на ноги хотела побеждать домой, но Дава схватил меня за ногу.