– Ты долго унитаз будешь рассматривать? – полюбопытничала она, глядя на представшую перед ней картину. – Он не для этого предназначен, а чтобы в него с…
–Заткнись! – рыкнула я! Её сартирных. Тьфу! Сатирных шуточек ещё мне не хватало.
– Как? Как может быть такое! Вот как!
– Ну, как как, сперматозойды оплодотворяют яйцеклетки. Вам это ещё в школе говорили. – не унималась ерничать она.
– Я же не могу, Давлат не может! Да он мне в жизни не поверит, что я беременна от него! Ты б видела его тогда!
– Так, успокойся паникерша! Ты нахрен пьёшь этот отвар? И пшикалку засунь куда подальше! Нормальный волк, само собою не поверит, когда ему такие фортеля с запахами выкидывать! Сейчас идёшь, купаешься пьёшь чай, ещё купаешься. Наряжаешься, и едешь покорять своего волка. Об остальном ты не волнуйся, все будет пучком! - затолкала она меня в кабинку душа.
Сделав всё, как она сказала, не заметила никаких изменений в запахе. Как я ни пахла ничем, так и не пахну.
Давлат названивал, волнуясь, что теперь опаздываю я. Договорились встретиться на террасе. При этом оба должны быть в масках. Мы должны были узнать друг друга даже в них. Так мне казалось романтичным, когда я предлагала. Теперь же, волновалась я ещё больше. А, что если я встречу того мужчину? Или он меня сможет узнать по маске… А, как? Её ведь кто-то выставил на благотворительный анонимный аукцион, почти что полгода назад, который гарантирует полную тайну о продавце и покупателе. А, эта маска именная, на заказ. Её секрет в том, что она скрывает полностью личину, лишь если на лице своей хозяйки. Таким вот чудом торгуют мастера, что с ведьмой в бизнесе.
Страх не узнать Давлата улетучился в момент, стоило увидеть его спину. Он разговаривал с какой-то дамой, явных намерений. Это взбесило! Я тут трясусь! Переживаю, а он флиртует, гад хвостатый! На всех ветрах я подлетела к этой паре, прихватив у официанта с подноса фужер с игристым. Я покажу, этой мадам, как моего мужика кадрить! Налетев на них, а большей частью на Давлата, нечаянно фужерчик опрокинула на бюст его собеседницы.
– Упс, мне так жаль, мадам! – противным голоском проблеяла неискреннее извинение.
– Пошла ты! Дрянь! – взревела эта фифа, но заметив, что на неё пристально смотрит не только мой мужчина, но и собравшиеся здесь, демонстративно развернулась и ушла.
Давлат напряжённо стоял, замерев словно статуя. Переведя на меня злой взгляд, спросил:
– Что тебе нужно?
При этом отлепляя меня от себя, словно грязь стряхивал. Внутри меня всё оборвалось.
– Давлат, что это значит? Зачем ты так со мной? Неужели так запал на ту козу? – выпалила я севшим в момент голосом. Горло сдавил спазм.
– О, и имя знаешь. Не поленилась, нашла, и выучила. Ещё раз повторяю, тебе, что нужно от меня? – ледяным тоном задал он вопрос.
А, я не выдержала, слезы покатились из глаз, губы задрожали. Всё, что смогла это прокаркать:
– Я беременна.
– Мне тебя поздравить с этим? Вот только не по адресу. Иди ищи себе другого лоха. Который примет тебя с твоим приплодом. – продолжил он добивать меня.
От его слов, в голове что-то зашумело.
– Он твой. – зачем-то прошептала я.
– Вот только мне не надо заливать. Беременной, что ходила несколько лет? – съязвил он.
– Это какая-то ерунда, так не бывает. Всё это сон, плохой и жуткий сон. – шептала я себе, развернувшись и бредя на выход. Дышать от обиды и боли было тяжело. Ещё и эта маска, мешала сделать вдох нормально! Сорвав её, швырнул в какие – то кусты.
– Оливия! – раздался его окрик. Словно хлыстом ударил, от этого мне захотелось бежать ещё быстрее! Чтоб не было его! И всего того, что выдумала себе! Конечно, как же! Понравилась я ему, ага. Любит он меня! Конеечно! Кончено! Всё кончено. Так и не сумев начаться. Я побежала по тропинке, прочь! Прочь ото всех, а главное, что от него.
Не заметив какую-то дурацкую кочку, я чуть было не напоролась на штырь, торчащий из земли. Остаток от недопилинной ограды.
Но чьи-то руки не дали мне проститься с жизнью, ну или со здоровьем, уж точно.
– Оливия? – изумился Давлат всматриваясь мне в лицо.
Я разрыдалась в голос.
– Отпусти! Уйди! Оставь меня! – орала я, и вырвалась из его рук. Он же на все мои потуги лишь, шептал "прости, я не узнал", и "тише, тише милая моя".
Опустошенная морально и физически, я выбилась из сил, и перестала дёргаться, как и орать.
Ночь, какой-то то ли сад, а может лес. Мне в темноте не видно. И мы сидим в обнимку, у дерева. Ну как в обнимку, Давлат крепко держит меня у себя на руках.