А потом сухой щелчок, как у ружья и из коробочки будто молния вспыхивает, вылетая. Эрин жмурится, трясет головой, отпрянув. Она впервые в своей жизни видит фотоаппарат. Шорох потревоженной листвы привлекает внимание незнакомца. На какое-то мгновение девочка встречается с ним взглядом и замирает почти не дыша. И тут из-под руки ее вспархивает птица, незнакомец ощутимо расслабляется, смеётся негромко и продолжает щёлкать своей коробочкой.
На всякий случай Эрин следит за ним до самой реки. Хоть он и странный, но вроде безобидный — убеждается она, уходя. Летом девочка часто ночует под открытым небом.
Солнце клонится к горизонту. На полянке у шалаша, Эрин разжигает костер, перебирает запасы: ягоды да корешки… Девочка тоскливо вздыхает. Кажется пора на рыбалку. Хорошо бы ещё и искупаться. Вода нагретая за день ещё не остыла, а сосед спит в своей палатке и она ему не помешает, спустившись ниже по течению.
Эрин снова спускается к реке, посеребренной лунным светом. Песок влажно чавкает под босыми ступнями и маленькие следы ее наполняются водой. Лунный свет обливает девочку с ног до головы, делая ее тоненькую, нескладную фигурку почти прозрачной. Она осторожно трогает воду ногой ойкает и заходит по колено, по пояс… Водит по воде руками вокруг себе, зачерпывая ладошками лунный свет, тихонько смеётся.
С едва слышным всплеском ныряет по самую шейку. Вода, теплая как парное молоко, ласково обнимает ее за плечи. Эрин плещется, как русалка.
Накупавшись выбирается на нагретый солнцем камень Поджав под себя босую ногу, чешет гребешком непослушные кудри, беззаботно напевает на гэльском… Внезапно кожу ожигает чужой взгляд.
Зеленый остров и его чудеса.
Том полюбил этот прекрасный зелёный остров, как только приехал сюда. Каждый день Ирландия открывается ему с новой стороны. Здесь старинные легенды переплетаются с былью и порой не отличишь где реальность, а где выдумка. Старинные аббатства, кельтские кресты, пещеры и конечно леса. Лес, который он нынче исследует идеально таинственный и величественный — дух замирает. И кажется что вон из под того холма сейчас выглянет лепрекон, а за деревьями свет от волшебной пыльцы фей, танцующих на цветочной поляне. В первый же день, Том быстро заполняет пленку, фотографируя все подряд.
Он старается не заходить далеко, чтобы не заблудиться, но увлекается и оказывается чуть ли не в самой чаще. И тут ему становится слегка не по себе, хотя казалось бы, что здесь страшного — безмятежный солнечный полдень, тишина и покой, но… он кожей чувствует чей-то взгляд. Чужой взгляд щекочет лопатки, холодом пробегается вдоль позвоночника. Пристальный любопытный взгляд преследует его уже второй день.
Лес вокруг живёт своей жизнью и откуда бы здесь взяться людям? На мили вокруг нет человеческого жилья, не считая его палатки. Неужто… Они существуют? Дети холмов. И сейчас они оценивают чужака. Первый раз он столкнулся с этим у реки. Кто-то рассматривал его с настороженным любопытством. Обернулся — никого и ни веточки ни листочка не шелохнулось, однако взгляд исчез.
— Показалось — решил Том, разводя костер и заваривая кашу.
Первый день он ходил вниз по реке, осматривался. Сфотографировал реку, холмы–обитель фейри, парочку стрекоз и камыши, зеленый-зеленый мох. Руки устали щелкать кадр за кадром, в глазах рябило, а в голове все вертелась одна мысль: чье же внимание он умудрился сегодня привлечь? Говорят фейри любят молоко и потому ложась спать он выставил блюдечко с ним у порога палатки. Ночью сквозь сон он слышал лёгкие шаги и тихий смех, а по утру блюдечко оказалось пустым.
Сегодня кто-то снова следил за ним. А на вторую ночь он услышал плеск воды и тихий смех. Зевая, выбрался из палатки и пошел на звук. Выступающий из воды камень влажно блестел в свете луны и волны неторопливо обтекали его. А на камне спиной к нему сидела русалка.
Лунный свет стекал по светлой коже, узким плечам и острым лопаткам. Морская дева чесала волосы, напевая что-то тоненько и нежно-нежно. Мелькали тонкие пальцы и капли воды серебрились чешуйками под волшебным лунным светом. И серебро луны утонуло в густых темных прядях перекинутых за спину. Гладко расчесанные, они упали плащом, почти целиком укрывая хрупкую фигурку, тускло блеснули осенней рыжиной…
Том замер завороженный, забыл как дышать и про фотоаппарат забыл. Это.. чудо, что щедро подарил ему Зеленый остров. Дитя фейри, словно сошедшее со страниц старинных легенд, буквально в двух шагах от него…