А выживших, собирались на Ярмарку отвезти и там продать.
Тут немного прифигел я. Не от того, что кто-то людьми торговал — это как раз вполне ожидаемо было. Но что-то рановато. Там вон военные вроде как за дело взялись. Откуда в таких условиях взяться Себастьянам Перейро, торговцам черным деревом?
Дальнейший рассказ немного прояснил ситуацию. Армейские действительно начали шевелиться в последние дни, пока я совсем другими делами занимался и за ситуацией в стране толком не следил. Вот только гениальным решением кого-то в верхах в основном отправили войска на усиление к границам, охранять от возможных вторжений на фоне «этой провокации».
Я как услышал, только головой покачал.
Оставшиеся части и в самом деле начали наводить порядок в городах. Только не хватало их. Потому в ряде мест, где полиция не смогла обеспечить хотя бы какое-то подобие законности, на сцену вышли совсем другие люди.
Так и под Калугой нашелся деятельный дядечка по странному прозвищу Ангел, который сумел подмять под себя совсем немаленький город. Его боевики вроде как даже держали центр города практически свободным от зомби. И под его покровительством была организована эта самая Ярмарка, где можно было купить или продать что угодно. В том числе живой товар.
Насколько знал мой собеседник, особым спросом пользовались женщины помоложе и специалисты, которые умели руками работать. Врачи, ценились. Строители, опять-таки.
Очень интересно. Ну, торговать человеками, конечно, плохо. Но кидаться кого-то спасать у меня и мысли не возникло. Мало ли кому сейчас плохо? Всем не поможешь. Да и какие гарантии, что станет лучше, если убрать лидера? Можно подумать, что все остальные, кто под его началом свои дела крутил, после этого сразу побреются и в монастырь отправятся. Замаливать.
Ага, щаз. Не этот, так другой бы нашелся.
Надо будет съездить и своими глазами посмотреть, что там и как. Пообщаться. И подумать, можно с этим Ангелом дела вести, или лучше все же в расход.
Но точно не прямо сейчас.
— Значит, есть и выжившие, — утвердительно произнес я, зацепившись за заинтересовавшее меня слово в его рассказе.
— Есть, — нехотя произнес он и отвел глаза в сторону.
— И? — хмуро протянул я.
Я догадался, что сейчас он начнет врать, потому как бы невзначай переложил копье поудобнее. Так, чтобы его наконечник лег в опасной близости от гениталий начинающего работорговца. Кажется, намек был понят верно.
Мужик во все глаза уставился на острие и облизал пересохшие губы.
— В-в лагере они! Сидят себе в загончике… Вы не подумайте, мы с ними хорошо обращались. Кормили, не били почти! Баб, так вообще — их же на продажу еще…
Я еле удержался от того, чтобы не поморщиться. Как бы умом вроде и понимал, что да — и не такое еще будет. Но все равно ощущение было такое… мерзотненькое.
А мужик не жилец. Я так и так не собирался никого из них отпускать. А теперь-то уж точно.
Расспросил про лагерь. И с некоторым удивлением узнал, что эта «банда» отыскала данж в лесу. Видимо, тот самый, на который мой компас указывал. В общем, так и обжились — первый этаж оказался без монстров совсем, вот они его и заняли. А глубже пройти не смогли, какая-то там штука была, через которую они пробиться не сумели.
А вот это уже было любопытно. На это я бы взглянул лично.
Когда я понял, что узнал у него все, что хотел, или что мужик мог мне рассказать, то просто и без затей перерезал ему горло. Такие соседи мне не нужны.
Пусть об этом пока еще никто не знал, но из злобных ублюдков в округе скоро останусь только я. И те, кого я решу считать своими друзьями. А остальным придется переехать.
Я повторил процедуру допроса с последним уцелевшим «байкером». Только уже в сокращенном варианте. Чисто чтобы убедиться, что рассказанное сходится. А потом он повторил судьбу своего предшественника.
Бегло осмотрел мотоциклы. И на одном из них обнаружилось мачете! В кожаной кобуре-ножнах, которую кто-то из эти горе-умельцев присобачил сбоку на свой байк. Наверное, чтобы со стороны круто смотрелось.
Ну, это, я считаю, просто знак свыше!.. Я улыбнулся и, помахивая зажатым в руке изогнутым клинком, пошел заново обходить тела.
Тропинку, которая вела от дороги к убежищу этих доходяг я отыскал без особого труда. И компас помог, и указания я получил вполне конкретные.
Спуск в подземелье выглядел довольно невзрачно — небольшое прямоугольное возвышение, сложенное из простых каменных блоков. Конструкция была неумело замаскирована под шалаш.
Я достал фонарик и спустился по каменной лестнице.