— К тому, что завтра на кладбище поедем. Так сказать, могилку навестить.
Полина заинтересовано посмотрела на меня. Но наш милый разговор прервал звонок от Гарри, который сообщил, что Ишмуратов вошёл в больницу.
Я бросился вниз. К счастью, Стас уже нас ждал внизу. Эм. Вернее, меня, а не нас, но Полина упала на хвост, в запарке не было времени её отогнать. А потом, вот знаете, я не люблю эпизодов, когда герои начинают препираться на месте, упускают что-то важное. Нет, это не моё. Я не стал даже и пытаться отослать эту сучку обратно. Пообещал только, что, если что случится не так по её вине, я отдам её Гарри, чтобы тот преодолел свой врождённый гомосексуализм на время, и сделал ей ребёнка. Чтобы, блядь, жизнь у нас ей мёдом и приключениями не казалась.
— Ёпт! — сказал я. До меня вот только сейчас дошло, что не так. — Этот липовый некромант знает в лицо всех нас троих. Надо было кого-то ещё брать!
— Зомби-шлюху? — уточнила Полина. — Или страшилу упоротую? Потому что Арину он тоже видел.
Я отвесил малолетке лёгкого подзатыльника, больше, конечно, за страшилу упоротую, ибо в целом она права. Ладно, хрен с ними. Я опять поменял лицо и отправился следить за действиями Ишмуратова. Проблема была в том, что, если к нему подойти близко, он может и узнать. Ну ничего. Мне сам лично он не нужен, ибо в голове у меня вызревал хитрый план, позволяющий убить двух, а то и трёх зайцев сразу. Изменив лицо, я последовал в больницу. Остальные временно экспроприировали машину Гарри для слежки на улице.
Неудачливый некромант пробыл в больнице недолго. Личных вещей он не нашёл, потому что их забрали мы. Какая-то фигня была, честно говоря. Ни документов, ни чего толкового. Только кости, кажется, берцовая, рёбра и два черепа. Ну и ещё там по мелочи, всякая шаманская муть. К некромантии не имеет никакого отношения. Но Ишмуратов был уверен, что это вещи важные, так что из больницы он вышел раздражённый.
К нашему удивлению, он не стал ни ловить такси, ни вообще пользоваться каким-либо транспортом, а тупо шёл по Волчьей улице вверх. Стас, выругавшись, высадил Полину, а потом вернул транспорт Гарри и присоединился к нам. Всё-таки троица долбоёбов выглядит не так подозрительно, как очень медленно едущая машина. Особенно на Земле Горя.
В общем, шёл он по Волчьей, а потом свернул на Горную. Это особенная улица в этом районе. В основном Горный район — это огромные «стены» многоэтажек. Серые, унылые и грязные. А эта улица— сплошные одноэтажные домики, остаток некогда существовавшей здесь деревни Горная. То ещё место, скажу вам. Никанор в своё время здесь пошалил, да и его магическая родня отметилась. В общем, проклятое место. Ну, моего учителя вы знаете, да и Архимаг, как вы поняли, фрукт ещё тот. Проклясть землю им запросто. И район этот унаследовал проклятье от деревни, как мне кажется. Ну, другого разумного объяснения регулярно творящейся здесь херне у меня нет.
На этой улице он скрылся во дворе самого обычного домика. Ничем не примечательного, типично «деревенского».
Я вот вам скажу, нет ни у кого из нас опыта ни слежки, ни оперативно-розыскной деятельности. Так что мы установили, где наш пациент обитает, а что дальше? Только вломиться и убить, но пока нельзя.
В общем, тёрлись мы у того дома, пока Стас не сбегал за биноклем. Уж из дома он его достал или спёр где, я не знаю, но прибор этот нам очень в тему пришёлся. Засели мы в укрытии и начали разглядывать дом по очереди. Сначала Стас смотрел. Выявил точки, откуда лучше заходить, да и в целом зачистку осуществлять. Потом взял бинокль я, и тут мне повезло. На крыльцо вышел Ишмуратов с каким-то мужиком. Тот был мрачен и что-то резко выговаривал некроманту. Я убрал бинокль, протёр глаза и снова посмотрел. Потом передал бинокль Полине. Та как только взглянула на парочку, так, вскрикнув, выронила прибор из рук.
Её можно было понять. Самолично убиенного папочку увидеть живым и во плоти. Это для юных девиц достаточное нервное потрясение.
— Когда я к тебе зашёл, — попытался вывести её из оцепенения я. — То предложил зайти на могилу папашки, посмотреть, всё ли там в порядке, помнишь?
— Пойдём сейчас, — каким-то непривычно взрослым голосом сказала Полина.
— Стас, как насчёт Мраморного кладбища?
— Пошли, — вздохнул он.
Вообще, Мраморное кладбище — это вам не Высокое кладбище Горного района. Тут хоронят очень непростых людей, таких, как Андрей Рейнгард. Или как те тридцать уродов, что я положил в ночь Жатвы. Даже тело Марселлинн покоилось на Северо-Западном, хотя её родители были и есть люди с положением в обществе. Так что попасть туда было сложно, особенно после захода солнца, кому угодно, но только не некроманту. Я заранее, по совету учителя, озаботился знакомством со всеми кладбищенскими мортусами Великоуральска. Ну, или почти со всеми. И не просто так познакомился, чай попил, печенье покурил. Кого-то купил, а кого-то запугал, а потом всё равно купил. Так что на Мраморное нас пустили, всех троих, плюс двух тушек с лопатами. Где я свежие трупы взял? Я вас умоляю, не задавайте глупых вопросов.