Словом, все инквизиторы и иезуиты, просматривавшие императора, видели лишь обыкновенного человека, который просто интересуется алхимией и оккультизмом, но ни в коем случае не является колдуном. Однако среди магов поползли слухи и разговоры, и когда Рудольф умер в своём замке, лишённый короны (из-за политики, а не из-за магии), а в реале убитый французским магом, Агриппой д’Обинье, который стал его преемником, амулет достался Агриппе. Я не буду рассказывать, как амулет скитался по странам, пока в конце концов не оказался у Архимага Восточной Федерации Чародеев Афанасия Извекова. Скажу только, что история эта слишком кровавая, и туда был втянут мой учитель.
Подобный амулет был лакомым кусочком для любого некроманта, ибо что может быть лучше возможности замаскироваться под обычного мага или простого человека? А то знаете, нашу ауру очень далеко видно, и это напрягает и немного мешает работать. Словом, вещь полезная для нас, а для магов, как мне думается, уже не совсем актуальная.
— Кого убить надо? — только и спросил я.
— Для начала одного из американских магов.
— Только одного?
— Да. Эдварда Джеймсона.
— Минуточку. Вы говорите о…
— Координаторе магов Восточного побережья и креатуре Арканзасской Ведьмы.
— Сильно мой помощник нужен црушникам, раз по его душу такого сильного волшебника послали.
— Я тебе о чём битый час толкую! Теперь слушай дальше. Одной мокрухой не отделаешься. Ты ещё попробуешь сделать копию амулета. Поизучай, разберись, как работает, и если сделаешь, я у тебя его куплю. Не так дорого, разумеется. И третье, все мои долги списаны.
— По рукам! — сказал я, пока он не придумал чего ещё.
Мы быстро пожали друг другу руки, Архимаг выложил амулет, и быстро попрощавшись со мной и с вернувшейся Марселлинн, — кстати, Яна и Полина, походу, сопротивлялись: халат был разорван, на щеке кровоточили царапины (мужчин она не трогала, понимала насчёт самолюбия), — исчез, забрав золотую статую. Правда, не удержался от того, чтобы напоследок немного не подгадить.
— Антуан, и ещё: на твоей территории завелось целых два вампира. Займись ими, это обязанность некроманта.
И, не слушая мои удивленные крики, свалил в телепорт. Арина про вампиров благополучно прослушала, потому что её внимание приковало новое золотое украшение, появившееся в гостиной.
— Что это? — спросила Марселлинн, протянув руку к амулету.
Я дал ей потрогать. У неё есть привычка обязательно потрогать и ощупать всё новое. Это из-за того, что при жизни у неё было зрение чуть ли не минус семь. Надо уважать чужие слабости. А амулет… Внешне — ничего особенного: золотая цепочка и красный камень, похожий на рубин, в платиновой оправе. Зато внутренняя мощь… Я вкратце рассказал Аришке, она озадачилась:
— И вот за эту херню ты так дорого заплатил?
— Это не херня, ты просто ничего не понимаешь в магии.
Марселлинн только махнула рукой и ушла на второй этаж, а я уселся в гостиной, вертя амулет в руках. Из раздумий меня вывела Полина.
— Дядя Антуан, а у меня проблемы…
— Что опять? Я же просмотрел всех твоих однокурсников и преподавателей на всякий случай. Никто тебя изнасиловать не хочет.
Вот с начала учебного года наша малолетка меня достала. Таскала в свой университет, уверяя, что однокурсники-мужчины, — а их на химическом было большинство, — хотят её изнасиловать. То один, то другой. Я и ходил, смотрел. Нет, нормальные парни. Трахнуть да, кое-кто и серьёзных отношений хотел бы, а вот чтобы силой взять… ну может, в фантазиях, а в реале нет. Так что на просьбы Полины помочь ей реагировал уже нервно.
— Да, нет. Спасибо, что с ребятами помогли разобраться. Тут уже другое…
В общем, уже чисто бабское. Университет был большой, и на каком-то из гуманитарных факультетах училась, по выражению девчонки, «оборзевшая мажорка». Откровенно вам скажу, не вникал, в чём там суть конфликта, может, какой парень симпатичный, а может, ещё что-то, в одинаковых платьях пришли на вечеринку. Только Полина уверяла, что у той девчонки папаша бандит (ой, вот кто бы говорил, а?), и она попросила, чтобы его ребята разобрались с ней. Ладно. Проверим теперь и бабу. Только вот если и тут окажется лажа, то надо бы как-то девчонку наказать…Жестоко. А то, блин, достанет!