Марселлинн раздражённо фыркнула. Она была знакома с Федорчуком шапочно, и когда появилась информация о том, что у него проблемы с полицией, посчитала это отголоском политических разборок. Я не был столь категоричен, потому что из прошлого опыта знал, что у подобных ребят, упоротых на идее белой расы, всегда появляются проблемы с законом. И не из-за идейных разногласий, не из-за того, что таджика какого-то запинают, а именно голимый криминал. Хочется красивой жизни, так сказать. Чтобы как у белых господ, а не вкалывать, как негры.
— У тебя есть контакты с ними? — уточнил я.
— Можно было бы завести, — протянула Лиза. — Но зачем? Яков Вадимович мне выдал про них больше, чем знают они сами. Например, схрон оружия у них в той избушке, где обитал Ишмуратов.
— Она же сгорела, — удивилась Марселлинн.
— На пепелище можно многое прятать. Никто искать уже не будет. Всё, что можно, оттуда растащили в первые дни.
— Ага, а о том, где этот схрон, не знает даже сам Федорчук. Рабинович поручил этим заниматься своему помощнику — Кривенко, тот и запудрил мозги этим наивным юношам на тему, что им лучше не знать, где стволы и так далее.
— Яша Рабинович хитрый, — протянул я. — В этот схрон оружие можно подкинуть с убийства Листьева. А значит, и мы чего туда запихнуть можем.
Я допил чай. Хотел было закурить, но вспомнил, что идти надо на улицу. Суки всё-таки эти ваши депутаты и прочие активисты броуновского движения! Все годные кафешки испакостили своей борьбой с курением. Так что, наверное, пора сворачивать разговор.
— Хорошо поработала, Лиз, — сказал я зомби-шлюхе. — Давай сюда флешку… я надеюсь, ты всю информацию записала? Перекину её Архимагу, он обещал помочь в этом деле. У него опыт маскировки магических разборок под уголовщину просто огромный.
Я взял из её рук носитель информации и спрятал в карман. От моих глаз не укрылась какая-то нервозность в поведении девушки.
— В чём проблема? — спросил я. — Отвечай!
Прямой приказ она проигнорировать не могла.
— Я хочу вернуться домой, — пробормотала она чуть слышно. — Мне всё нравится… но я скучаю по прежней жизни.
— Ты не можешь, — отрезал я. — Лиза, ты умерла. И без моей помощи ты всё равно была не жилец. Я же говорил с тобой после обращения, в самолёте. Помню твои планы, как ты хотела соблазнять богатых и влиятельных мужиков, а потом вытягивать их них секреты, шантажировать, или ещё как использовать. Поверь, ровно через месяц такой деятельности тебя бы нашли с пулей в черепушке. Ну, или случайно выпала бы из окна.
Она молчала, и слёзы текли по её щекам. Пора было это заканчивать.
— Закрой глаза! — Скомандовал я ей. Лиза подчинилась.
— Забудь о том, что ты скучаешь по дому. Там тебе приходилось подчиняться сначала родителям, потом мужу. Ты рада, что смогла вырваться из этого круговорота. И хоть ты и зомби, но сейчас ты по-настоящему свободна. Забудь наш разговор о твоих проблемах и то, что тебе говорю сейчас я. Ты спорила с Марселлинн о Федорчуке.
Зомби открыла глаза и улыбнулась.
— Ой! А что случилось? Ах, да! Я поспорила с Ариной, и она меня ударила.
— Именно. Отключилась ты ненадолго. Не сердись на мою любимую, ты же знаешь, что она вспыльчивая.
— Да, конечно. Ариша, извини, пожалуйста, но тот твой друг и правда бандит, — с этими словами Лиза встала и, попрощавшись с нами, покинула кафе.
— Такое ощущение, что ты взял меня на беседу со своей шлюхой только ради этого, — проворчала моя подруга. — Наша будущая зомби тоже будет такие фокусы откалывать?
— Нет, она всегда же будет под присмотром. Из дома мы эту сучку не выпустим. А Лиза просто в автономном плавании, вот иногда пытается обойти приказы. Хотя да, сегодня она как-то охренела. Надо её на пару дней вернуть домой и мозги прочистить.
— Какие у нас планы дальше? — перебила меня Марселлинн.
— Пока никаких. Насчёт этих архаровцев со сверхспособностями пока ни одной зацепки. Но ясно, что обитают они где-то в Горном районе. Поэтому надо будет как-то оживить нашу сеть. Пусть сообщают обо всех необычных людях с необычными способностями.