– Граф Айзек замечательный челове… то есть, вампир! – быстро исправилась я, собираясь уже начать расписывать его достоинства, когда заметила округлившиеся в удивлении и ужасе глаза Сиреневолосой.
– Вампир?!
– Да, – непонимающе кивнула я в ответ.
Неужели не знала?
3.3
Ошарашенная гостья с небес не находила слов, тем самым давая возможность высказаться мне. Так что я схватила удачу за хвост и ловким движением руки убрала прядь с шеи.
– Вот! – не без гордости произнесла я, демонстрируя две бордовые точечки на пульсирующей жилке. – Его сиятельство почти каждый день кусал меня! Я была особым донором. Единственной во всем замке, чья кровь подходила графу. Такой больше не найти! Это большая редкость. И эта честь выпала мне!
– Это варварство!
Моего восхищения не разделяли.
– Нет! – искренне возмутилась я, выравнивая голову и смотря на нее в упор. – Это честь! Я между прочим всю свою семью кормила!
– Ты и так работала у него горничной… – растерянно проговорила Сиреневолосая, нервно дыша и сжимая кулаки. – Он не имел права использовать тебя! Словно животное какое-то!
– Да как ты смеешь?!
Я аж на ноги вскочила от столь неслыханной наглости. Босыми ступнями. Совершенно не чувствуя холода.
– Бедняжка, он совсем задурил тебе мозги! – покачала головой эта странная незнакомка, почему-то не желая меня понимать. – Ничего, я так просто этого не оставлю!
И, не дожидаясь моего ответа, она помахала призрачному сопернику кулаком, после чего решительно поднялась со стула и куда-то поспешила. Видимо превращать слова в действие.
Последствиями ее действий оказалась темница. Ну как темница? Северная башня замка. Граф запер нерадивую девчонку после учиненного ею скандала, а скандал был знатный. Даже здесь услышала! Она почему-то считала, что граф Айзек садист и тиран. И вампир. Куда ж без этого. Но больше всего меня поразило, когда она запретила ему трогать свою фрейлину. То есть меня трогать! Так что я даже немного порадовалась, когда это чудо природы заперли. Еще не хватало, чтобы из-за нее граф перестал меня вызывать! Тогда у меня и вовсе бы шансов привлечь его как мужчину бы не осталось.
Между тем я оставалась фрейлиной «госпожи». Пусть даже запертой госпожи. И помимо того, что теперь носила в башню еду по приказу графа, так еще и должна была развлекать гостью. Каким образом я бы и сама хотела знать. Тем более что настроения у меня и у самой не было. Я была настолько сильно подавлена, что даже темные им мрачные коридоры замка не могли сравниться со мной в мрачности.
И теперь я шла этими мрачными коридорами за очередной просьбой госпожи. Книжки ей, видите ли, принеси. Историю она изучить хочет! Даже я ее не знаю. Все те битвы королей – скука смертная. Что мне до них – простой девушке? Очевидно, что и этой прибывшей они не нужны. Однако я молча пошла выполнять приказ.
Горестный вздох сквозняком прошелся по анфиладе, поднялся ввысь и затерялся где-то в стрельчатом своде библиотеки, чьи двери были приветливо распахнуты. Читальный зал встретил меня скованной строгостью, звенящей тишиной и легким запахом пыли. Возможно, если бы тяжелые темно-синие гардины были сейчас открыты, то я могла бы увидеть хоровод мелких пылинок, но граф не любил свет. Поэтому, даже здесь, висели плотные шторы, а вместо солнечного света горели подсвечники. Независимо от времени суток.
Около входа низкий дубовый столик библиотекаря. И не просто низкий, а ниже любого обычного. Все оттого, что управляющий здесь был старый низкорослый гоблин Гвиль. Сейчас его огромные заостренные уши торчали из-под книг, а сам владелец дремал над бумагами, издавая чуть слышный храп. Волшебный тусклый огонек в зеленой лампе нисколько не мешал его занятию, грея пятнистую лысину гоблина.
Я осторожно кашлянула, не желая резко будить. Библиотекарь тут же поднял сонную большую голову с мутными серыми глазами, что посмотрели на меня с недовольством.
— Чего тебе? Снова за медицинскими учебниками явилась? – гоблин, по всей видимости, был слегка раздражен, что кто-то посмел так бесцеремонно нарушить его сон.
— Нет, на этот раз по другому вопросу, — развела руками я. – Новая госпожа послала за книгами по истории.
— А от меня чего надо? Ты и так уже все здесь знаешь. Иди и бери! – буркнул Гвиль и направился в сторону окна.
Потянув за одну из золотых кисточек, он завязал гардину и пустил яркий дневной свет в сторону читательского зала.