И снова опустил взгляд на порог. Чьи-то миниатюрные ножки в черных туфельках. Так ярко. Так близко. И тут же другое воспоминание. Вновь эти пушистые волосы. Вновь аромат цветов. И прекрасная девушка в его объятиях. Он не видит лица. Лишь смутные очертания. Помнит, как поймал у самого пола, как в последний момент подхватил на лестнице.
«Вы поможете мне? Пожалуйста!»
«Неужели запомнили меня?»
Перед глазами сиреневолосая девушка, за которой он следит, чтобы не упустить нужный момент, чтобы не дать огненному удару попасть в ту другую. Миниатюрную испуганную девушку с трибун. С большими голубыми глазами. С глазами лани, где затаилась глубокая надежда. Надежда на него. Что поможет. Спасет. Не бросит.
Не бросил. В последнее мгновение успел выставить щит. Не потому что попросила. Нет. Он сам этого хотел. До безумия боясь потерять.
— Только почему не могу вспомнить её? — непонимающе спросил маг, встряхнув мокрыми от дождя волосами. — Почему ускользает из моей памяти?
Неожиданно яркий аромат цветов вынуждает обернуться. Тот самый аромат. Аромат, что преследует его в последнее время.
— Талисиен! — радостный окрик девушки из особняка Айзека. — Что же вы стоите там?
Пушистые светлые волосы. Большие голубые глаза. Искренняя согревающая улыбка. Такая знакомая улыбка. Улыбка, от которой щемит сердце и теплом разливается все внутри.
— Я — Сэл! Селеста! Помните меня?
***
Я стояла у окна, за которым начинался дождь, просто уже не зная, а была ли та сцена в карете. Мы не успели с магом приехать, как я оказалась со шваброй в этой пустой аудитории. Швабру почти сразу отбросила, замечая в окне нового ректора. Почему-то Талисиен не спешил заходить внутрь . Он замер у входа, задумчиво рассматривая тот самый порожек, который становится бедой для многих студентов. Однако для нас с магом он стал знаковым. Именно тогда, споткнувшись, впервые встретила архимуса.
Неужели он что-то вспомнил? Надежда ярко вспыхнула в груди. Почему-то же он не сводит взгляда от этого порожка! Или я себе только все придумываю?
Это не он. Это новый персонаж. Вокруг уже собралась множество глаз, которые с интересом поглядывали на нового ректора. Новость об уходе Вольдемариса и приезда молодого мага разлетелась быстро. Очень быстро.
Между тем Талисиен продолжает стоять на месте, все сильнее зарождая во мне уверенность, что не просто так. Что может быть что-то вспомнил? Вдруг и правда вспомнил!
Не задумываясь ни на миг, бросаю все швабры и тряпки и кидаюсь вниз. К нему. Несмотря на дождь. Несмотря на то, что я в тонком платьице. Мне было абсолютно все равно. Я его хотела увидеть. Убедиться, что мои надежды не напрасны. Что проклятый порожек на этот раз не поранил кого-то, а наоборот принес пользу!
Он растерян. Смотрит с удивлением и немым вопросом. И я даю ему ответ. Одновременно с тем надеясь, что вспомнит.
— Я — Сэл! Селеста! Помните меня?
В синеве его глаз пробуждается узнавание. Только какое? Той ненормальной бывшей служанки лучшего друга или все-таки то, что хранит мое сердце? Он почему-то не спешит отвечать.
И совсем неожиданным становится его резкий шаг в мою сторону. Я и удивиться не успела, как меня заключили в крепкие объятия. Хотя и это не было таким странным, как его следующее действие. Глубокий вздох носом. Словно он вдохнул аромат моих волос. И стало так неловко. Неловко и тепло.
— Это ты! Точно ты!
— Вы правда помните? — я легонько отстранились, но мне на дали, вернули на место, прижимая к своей груди. — Архимус Талиси…
— Почему снова на вы? — тепло улыбнулся он. — Кажется, когда мы ехали в академию, ты не задумывалась об этом.
— Да, то есть нет…
Я совсем растерялась, будучи слишком обрадованная новостью. Хотелось кричать на весь мир. Всем сказать! Он помнит! Талисиен вспомнил меня! Несмотря ни на что! Несмотря на все старания автора!
— Не стоит, Сел, будет просто несправедливо, если ты вновь выстроишь преграды. Преграды от того, кто несколько дней страдал, что не мог вспомнить, кого забыл! Не мог вспомнить, чей образ преследует ночами. Чей аромат шлейфом тянется коридорами. Кого мне так сильно не хватает. В последние дни все перевернулось с ног на голову! Я ничего не понимал. Такое ощущение, что сам себе чужой и уж точно не хочу, чтобы единственный человек, которого я так долго пытался вспомнить, отгораживался от меня стеной приличий и правил.
— Я постараюсь, — с улыбкой согласилась я, внутри искренне радуясь его словам. — Обещаю!