13.1
— Зато случится с тобой! — в отчаянии бросила я, вспоминая слова Генриха о жертве обряда.
Мне не ответили. Вместо этого поднялись, медленно подошли к огням и замерли, задумчиво рассматривая круг свечей, в центре которых мелом были нарисованы всякие дивные письмена.
— Я думал над твоими словами, Сэл, — тихо начал он, все также глядя на свечи, а не на меня. — Ты говорила, что именно я могу помочь изменить сюжет книги. И теперь я понял как! Ты должна стать ключевой фигурой, выжить и… тогда, я надеюсь, и остальное поменяется для всех. Тогда наш придуманный мир обретет свою волю. Только ты должна жить! Понимаешь?
— Нет! — грубо рявкнула я. — Не понимаю! Если ты надумал убить себя, ради меня, то мне этого не надо. Я просила помогать! Помогать менять сюжет, а не жертвовать собой. Ты хоть на минуту задумался о том, как я буду без тебя? Пусть даже твой идиотский план сработает! Пусть стану здоровой! А дальше что?! Я ведь просто не смогу без тебя!
— Сможешь, — уверенно заявил маг. — Ты все сможешь! Ты сильная, Сэл. Сильная и смелая. Я такой еще не встречал. Ты — надежда этого мира!
— Угу, скорее горе мира, раз… — я запнулась, не в силах произнести то, что крутилось на языке, не в силах справиться с подступившими слезами. — Раз не могу спасти друга.
Талисиен наконец посмотрел на меня. И в этом взгляде было все. Грусть. Усталость. Любовь. Тепло. Прощание.
— Я надеялся, что мы больше, чем друзья…
Признание, что болью пронзает сердце.
— А я и надеяться о таком не могла, — честно ответила, чувствуя как внутри все скручивает в тугой ком. — И, наверное, надежды оправданы, раз ты хочешь убить себя.
И, словно бы олицетворяя мое душевное состояние, за окном грохочет гром. Гроза усиливается, отчего создается ощущение, что еще немного и древний домик рухнет под гнетом стихии. Как и все мои надежды под словами мага.
— Я должен, Сэл, — в голосе Талисиена чувствовалась не менее сильная боль. — Пойми!
— Не пойму! Никогда! И не прощу! Если ты это сделаешь, я лично убью себя! Сброшусь со скалы!
Боги, как же глупо это звучит!
— Значит, моя жертва будет напрасной, — а ты окажешься не столь сильной, какой я тебя считал.
Сказал и вошел в круг. Так резко и неожиданно, что я и дернуться не успела. Да даже пусть бы и успела — магические путы Талисиена держали крепко.
— Остановись!
Не реагирует. Вообще. Молча закрыл глаза, игнорируя мои отчаянные попытки достучаться до него.
Тотчас комнатку озарил яркий голубой свет молнии, а вместе с ним раздался очередной раскат гром. В вытянутой руке мага раскрытая тонкая книжка. Он читает с нее. Неразборчиво. Тихо. Язык незнаком мне.
— Прошу, хватит!
От собственного бессилия хочется выть.
— Прекрати!
Мой громкий голос сливался с грозой, не доходя до цели. Либо же Талисиен просто не хотел меня слышать. Обезумел от собственной идеи.
— Хватит! Слышишь, кому говорю?!
По ветхой крыше все сильнее барабанил дождь. Он находил лазейку в трухлявых досках и стекал прохладой на пол. Лил прямо на меня. На лицо. Сливаясь с моими отчаянными слезами
— Прости, Сэл, но я должен!
— Нет! — неистово закричала я в тот самый момент, как в руках Талисиена блеснул нож. — Не надо!
В ужасе зажмурилась, не в силах смотреть на происходящее. И совсем неожиданным оказалась какая-то возня. Чьи-то шаги и удар хлопнувшей двери.
Приоткрыла один глаз, да так и замерла в удивлении. В кругу больше не было Талисиена! Он был откинут графом за его границы!
— Даже не думай! — предупреждающе оскалился Айзек, поднимая с пола книжечку. — Твоя магия на меня не подействует.
Талисиен удивленно замер, а граф еще шире улыбнулся, демонстрируя какой-то кулон на шее.
— Он хотел убить себя! — встряла я между ними, наконец, чувствуя свободу и искреннее радуясь появлению вампира.
Впервые, наверное, в жизни.
— Знаю, — спокойно кивнул граф, медленно отходя в тень. — Поэтому я здесь. Мне бы не хотелось лишать себя единственного друга.
— Тогда мы лишимся ее! — зло прошипел Талисиен. — Ты этого хочешь?!
— Нет, конечно, но и жертвовать собой глупо, Тал! И я знаю, как помочь вам.
13.2
Он вышел из темноты, волоча за собой нечто большое. Или точнее кого-то большого. Я не сразу разглядела в этом «нечто» тело. Полумертвое тело!
Замутило. Резко. Сильно. И еще сильнее от осознания того, что лицо несчастного мне знакомо!
— Я ведь обещал, что найду убийцу Пьера! — криво улыбнулся Айзек, извлекая из пояса кинжал. — Я и нашел.