Один бомж был совершенно точно мертв. Попытался нащупать пульс у второго, вроде нет или он не может нащупать. Вернулся к шмоткам, взял нечто похожее на футболку, и перекосившись от брезгливости понес с собой, протер монтировку и вложил в руки бомжу, который возможно был без сознания. Протер дверь где мог тронуть ее руками. Вылез наружу, вдохнул наконец свежий воздух. От футболки избавился у ближайшей помойки. Хотел и от нелепой и попахивающей сумки. Но пакет с деньгами, оказался просвечивающимся на свет. Лучше уж стремная советская авоська, чем пакет сквозь который видна куча денег. Пришлось носить пока сумку.
Спертая еще в Красном кепка дополняла колхозную сумку, словно была из одного набора. Голова, тело, одежда были испачканы грязью, пылью и паутиной подвала. Оставалось надеяться, что не кровью. Нужно было привести себя в порядок, сменить одежду, сменить сумку. В Йорке почти в каждом районе можно было найти уличную колонку, где-нибудь у остатков частного сектора. Реально ли было найти такое в Москве? Серега вышел к какой-то школе и школьному стадиону. Было бы неплохо зайти внутрь и найти туалет. Но скорее всего на входе кто-то есть. Двинувшись пока по кругу, Пудов заметил школьников. Быстро определив в их возне всем известную, но немного забытую лично им, школьную отработку.
Если есть отработка, то могут и полив осуществлять, — рассудил Серый. Выждал некоторое время, но полива не было. Зашел в школу, в фойе никого, дошел до угла что был темнее, поднялся по лестнице. Планировка их школы была иной, но тут туалет так же нашелся рядом с лестницей. Офигеть, насколько небезопасно было в школе в эти годы. Заходи кто хочешь, хотя лето же, тут и учеников нет.
В туалете никто не помешал привести себя в порядок, отмыть пятна, почиститься, умыться и смыть паутину грязь и пыль. Руки начали предательски трястись и даже зубы пытались начать выстукивать дробь. Серега очень спешил и делал все быстро, в пакет конечно заглянул, но считать сколько там денег в такой обстановке он не мог. В основном на глаза попадались мелкие купюры, хотелось верить, что были там и крупные. Вытащив несколько купюр, рассовал их по карманам. Далее двинул к метро. Доехал до Динамо, возможно было и что-то поближе, но голова никак не могла сейчас совершать сложные расчеты.
Серегу сильно потряхивало, он мог делать только что-то знакомое, понятное, простое. Динамовский рынок он хотя бы смутно помнил. Двигаясь в заданном направлении видимо от сильнейшего стресса, он напевал песенку, то же Сереги. Одного из первопроходцев русского рэпа, из не такого уж и далекого будущего.
Остальные слова он не помнил, так что монотонно твердил эти строчки, иногда про себя, а иногда сам того не замечая вслух. Чудиков вокруг хватало, так что особо он никого не шокировал своим бормотанием. Вероятно, мозгу надо было на чем-то зациклиться и отрешиться от подробностей случившегося.
На Динамо купил небольшую спортивную сумку, переложил туда бомжатскую авоську с «джекпотом». Купил спортивный костюм от Адидас, футболку, кроссовки той же фирмы, хотя вероятнее с теми же лейблами. Переложил свои шмотки в сумку. Перекусил шашлыком в кафе, там же у рынка. При первой покупке немного нервничал, что продавщица закричит подделка. Дизайн денег девяносто третьего в памяти Сереги мало отложился, так что был некий страх, а настоящие ли его деньги. Да эти деньги теперь были его и точка. Оставлять сумку в камере хранения, как делают в детективах, было бы верхом идиотизма. Там, где были автоматические камеры с жетонами, в эти времена они беспощадно взламывались. Может конечно это говорил жуткий страх что завладел его разумом? Там, где, камера представляла собой нечто напоминавшее армейскую каптерку, с «каптером», она шмоналась каптером. Большинство конечно сдававшее барахло на денек ничем не рисковало, но от его обнаруженного содержимого точно счастливчик «каптер» работал бы последний день.