Надо сказать, они очень удивлялись и даже пугались.
Кроме беспокойства за Кейт, меня вдруг начал волновать мой желудок. Только несварения мне сейчас и не хватало!
Я слегка прибалдела, когда сообразила, что это мурашки. Они вовсю бегали по моим внутренностям и танцевали джигу — кружились, подпрыгивали, меняли партнеров и вообще прекрасно проводили время.
«О господи! — подумала я, сообразив, в чем дело. — Пора признаваться. Я влюбилась в Адама».
Правильнее будет сказать: Я ВЛЮБИЛАСЬ В АДАМА!!!
Вы думаете, зазвучали небесные трубы? Я внезапно увидела весь мир в розовом свете? Пробежала остаток пути и бросилась в его объятия? И мы, счастливые, закружились, улыбаясь, как последние идиоты?
Ничего подобного. Я — это я, поэтому немедленно начала беспокоиться. Я намеренно еле волочила ноги, а голова тем временем бешено трудилась.
Зачем я в него влюбилась? Что я за человек? Я ведь любила Джеймса, и прошло всего шесть, нет, семь недель, как мы разошлись. Разве я не должна сохранять ему верность?
Я чувствовала себя предательницей. Хотя с чего бы, черт возьми? Джеймс развлекается, почему же нельзя мне?
Но все было не так просто.
Мне всегда трудно заниматься сексом с человеком, к которому я эмоционально не привязана.
И снова: кто сказал хоть слово про секс?
О господи!..
Я совсем запуталась. Не могла понять, что же я на самом деле чувствую. Мне действительно нравился Адам, но меня грызло ощущение вины за то, что я такая легкомысленная женщина. Ведь я должна любить Джеймса! Но разве я люблю Джеймса? Я даже думать на эту тему боялась.
Так или иначе, я страшно злилась на Джеймса. Почему же я не могу пофлиртовать с Адамом и немного развлечься?
Тут меня опять охватило чувство вины. Ведь Адам — очень милый человек и заслуживает лучшего обращения. Мне доставляло большое удовольствие быть с ним и разговаривать. Хотя я знала его всего несколько дней.
Эта мысль вернула меня напрямую к вопросу, как я могла влюбиться в человека, которого почти не знала, будучи одновременно влюбленной в Джеймса.
«А, пошло оно все! — с отчаянием подумала я. — Мне необходимо избавиться от всех этих будоражащих мыслей. Сейчас мне с ними не разобраться. Я иду на встречу с человеком, который мне нравится, так что надо думать совсем о другом. Например, хорошо ли я выгляжу, И нравлюсь ли ему. И как мне затащить его в постель.
О важных вещах!»
Адам ждал меня там, где мы и договорились, — у кафе, Сердце у меня екнуло. Выглядел он, как всегда, потрясающе.
— Привет, — улыбнулся он. — Опоздала всего на пятнадцать минут. У тебя это входит в привычку.
— Заткнись! — улыбнулась я. — Извини.
— Привет, ангелочек, — сказал он, глядя на Кейт, привязанную к моей груди.
Кейт промолчала.
Мы вошли в кафе, продираясь сквозь толпы возбужденных людей. Что вы хотите: субботний день, все сошли с ума. Покупательный синдром, не иначе.
Я уверена, что этому явлению есть какое-нибудь хитрое медицинское название. Наверное, что-то похожее на мистраль, который часто налетает на итальянские деревни. Мужчины бьют своих жен, собаки воют, куры не несут яиц, женщины кричат и плачут (не без оснований: ведь их мужья дерутся) и отказываются стряпать и убирать.
Но психоз, который несет мистраль, — детские игры в сравнении с тем, что происходило в эту субботу.
Я как-то читала, что пробежка по магазинам очень влияет на уровень адреналина в крови. Повышается давление, люди потеют, глаза у них вылезают из орбит. Именно поэтому во время покупательской оргии всем требуется чашка кофе или стакан молока.
Мы стояли в центре переполненного кафе, а мимо пробегали обалдевшие люди с подносами, уставленными чашками кофе и тарелками с плюшками. Они явно находились здесь уже несколько недель и все еще не дождались свободного стула.
Но Адам — он и есть Адам. Он отыскал единственный столик, освободившийся за последние три недели, и, убедившись, что мы с Кейт удобно устроены, пошел за кофе.
Настоящий герой!
Адам вернулся очень быстро с подносом, заваленным булками.
— Я не знаю, какие ты любишь, — объяснил он. — Вот и взял по одной каждого сорта.
Я была так растрогана, что едва не расплакалась.
— Ну зачем ты так? — сказала я. — Ты ведь бедный студент, и нам их никогда не съесть.
— Об этом не беспокойся, — улыбнулся он. — Уверен, я доем все, что ты не осилишь.
Адам сел напротив и наклонился ко мне.
— Ну, как ты? — спросил он. Причем спросил так, будто ему и в самом деле интересно.
— Хорошо, — ответила я, робко улыбаясь и чувствуя себя глупой девчонкой.
Поразительно, стоит осознать, что кто-то тебе нравится, как превращаешься в полную дурочку.
Во всяком случае, со мной всегда так.
— Давай я немного подержу Кейт? — предложил он.
— Если хочешь, — сказала я, выпутывая Кейт из упряжи и осторожно передавая ему.
Повезло же девчонке!
Какая жалость, что она еще не умеет говорить. Иначе бы я подробно расспросила ее, что она чувствовала в руках Адама.