Я прилично завелась.
Надо же, какое нахальство! Если он так красив, это еще не значит, что он может дурить головы нам всем!
— Послушай, Адам! — резко начала я, как только услышала, что мама, папа и Хелен о чем-то спорят в гостиной. — Даже не знаю, как сказать. По сути, я не знаю и что сказать.
— Ради бога, о чем ты? — перебил он меня.
«Давай выкладывай! — подбодрила я себя. — Ты имеешь право все знать».
— Слушай, может, это и не мое дело, но разве ты не бойфренд Хелен? — наконец выдавила я.
В ответ — молчание.
«Господи! — подумала я. — Он действительно встречается с Хелен. Он просто был мил со мной, потому что я — ее брошенная мужем старшая сестра. А теперь он к тому же знает, что нравится мне… Черт, черт, черт! Надо было мне держать свой дурацкий рот на замке».
Я все испортила, мне не хватило терпения.
— Клэр, — наконец сказал он довольно растерянно, — о чем ты говоришь?
— Ты прекрасно знаешь, — ответила я, чувствуя себя полной дурой, но вместе с тем слегка обнадеженной.
— Нет, — сказал он холодно. — Понятия не имею.
— Вот как? — смущенно промямлила я.
— Значит, ты считаешь, что я — бойфренд Хелен? — спросил он каменным голосом.
— Ну, я полагала, что это возможно… — уныло пробормотала я.
— Интересно, и что же конкретно ты подумала, когда я попросил тебя о встрече? — продолжил он довольно презрительно. — Впрочем, понятно. Ты либо решила, что я невероятно распутен, либо — что я невероятно циничен. Не знаю, что обиднее.
Я продолжала молчать.
Главным образом потому, что не знала, что сказать.
Чувствовала я себя ужасно.
Адам всегда относился ко мне уважительно. У меня не было доказательств, что он имеет какое-то отношение к Хелен. Я оскорбила его, поставив под сомнение его мотивы.
— Клэр, послушай меня, — устало сказал он. — Я ни сейчас, ни раньше не имел никаких отношений с твоей сестрой. И не собираюсь их иметь. Она прелестная девушка, — поспешно добавил он. — Но она не для меня.
— Слушай, Адам, — заикаясь, начала я, — мне очень стыдно, но я не знала…
— Мне тоже стыдно, — сказал он. — Все время забываю, через что тебе пришлось пройти. Тебя глубоко обидели. Стоит ли удивляться, что ты всех мужиков считаешь двуличными мерзавцами?
Я просто таяла от счастья.
Он догадался, что я хотела сказать, избавил меня от этого испытания.
Что за парень! И каким образом он умудряется читать мои мысли?
«А вдруг он транссексуал? — подумала я со страхом. — Может, это и есть его мрачная тайна? Он родился женщиной. Или он женщина в мужском обличье. И каком мужском обличье!»
— Клэр, — сказал Адам, отвлекая меня от мыслей о его половой принадлежности, — я не знаю, какое у тебя создалось обо мне впечатление, но явно не такое, на которое я надеялся.
— Нет, Адам… — слабо запротестовала я. Мне надо было так много сказать, что я не знала, с чего начать.
— Дай мне одну минуту, — попросил он. — Просто выслушай меня. Хорошо?
Он говорил так искренне, так по-мальчишески! Разве могла я ему отказать?
— Конечно, — сказала я.
— У меня много друзей среди женщин, но я редко завожу романы. Почти никогда, если сказать правду. Особенно в сравнении с другими мужчинами на моем курсе. Мне кажется, они… чересчур любвеобильны.
— Я понимаю, — пробормотала я.
Мне хотелось сказать, что не надо мне ничего объяснять. Я выяснила, что у него нет романа с Хелен, и на данный момент мне было этого достаточно. Меня терзал стыд за мои подозрения и обвинения. Мне хотелось обо всем забыть.
Бедный парень!
Мы с ним знакомы всего несколько дней, а уже пару раз поссорились.
Почему, черт возьми, он считает, что со мной стоит возиться?
Но я не успела додумать эту мысль до конца, потому что раздался папин вопль:
— Клэр! Вешай трубку! НЕМЕДЛЕННО!
— Тебе надо идти? — спросил Адам.
— Да, — ответила я. — Извини.
Мне не хотелось заканчивать разговор, пока я не уверюсь, что все в порядке. Что Адам на меня не сердится за то, что я так плохо о нем думала. Я бы также не возражала узнать, что даже если он не хочет заводить роман с Хелен, он не прочь завести роман со мной.
— Да, чуть не забыл, зачем я тебе звонил, — сказал он.
— Зачем? — спросила я.
«Скажи мне, что я тебе нравлюсь. Давай, скажи!» — мысленно понукала я его.
— В одиннадцать часов хороший фильм по телевизору. Уверен, тебе понравится. Стоит посмотреть, если ты не слишком устала.
— Да? — сказала я, и мои паруса обвисли, начисто лишившись ветра. — Спасибо.
Черт бы побрал этот фильм!