- Я вовсе не вульгарна, - возразила я.
Бог мой, уж если бы я взялась быть вульгарной, она бы узнала все подробности моего визита к доктору Китингу!
- Пойдем попьем чаю, - предложила мама, - а то скоро по телевизору "Соседи" начнутся.
- Мне никто не звонил? - спросила я с напускным безразличием, направляясь за ней в кухню.
- Нет.
- Понятно.
- А что, ты ждешь от кого-то звонка? - спросила она, присматриваясь ко мне.
- Да нет, - сказала я, ставя корзинку с Кейт на кухонный стол.
- Тогда почему ты спрашиваешь? - Тон напомнил мне, что, как бы глупо она себя ни вела иногда, дурой моя мать не была, это точно.
- И убери ребенка со стола, - велела она, шлепая меня по руке кухонным полотенцем. - Здесь люди едят.
- Она абсолютно чистая! - возмутилась я.
Я пила чай и думала: "Значит, Адам мне не позвонил".
Может быть, он все еще на меня сердится?
Кто знает, возможно, он вообще мне никогда больше не позвонит.
И винить его в этом трудно: ведь я вела себя как психопатка, спорила с ним без остановки.
И я не знаю номера его телефона, так что сама позвонить не могу.
Так что скорее всего это конец.
Роман, который не состоялся.
Страсть, не приведшая ни к чему.
Друзья по духу, разделенные обстоятельствами.
Любовники, которые любят друг друга издалека...
"Но ведь день еще только начался, - сказала я себе. - Дай ему время".
Но он не позвонил.
Я бродила вокруг телефона, тосковала и раздражалась. Я не хотела ничем заниматься. Я даже не могла читать. Кейт плакала и вертелась, но у меня не хватало терпения ее успокоить.
Я без всякого желания просмотрела несколько сериалов вместе с мамой, поскольку не сумела придумагь убедительной причины, чтобы отказаться. К тому же я решила, что лучше смотреть третьесортную мыльную оперу, чем ввязываться в очередной разговор с мамой по поводу того, как повлияло мое университетское образование на мою самооценку.
К тому же она чувствовала, что я почему-то переживаю.
- Ты какая-то мрачная, - заметила она.
- Ничего подобного! - огрызнулась я.
- Прости, - сказала она. - Видит бог, тебе приходится нелегко.
Что ж, тут с ней трудно было спорить. Но она, по-видимому, имела в виду ситуацию с Джеймсом, а не мои страдания по поводу отсутствия оной с Адамом.
- Это ты извини, - сказала я, чувствуя себя последней негодяйкой из-за того, что сорвалась.
Было шесть часов, отец уже вернулся с работы, а я все еще не позвонила Джеймсу.
Черт бы все побрал!
Я ведь собиралась, но сначала пришлось идти к врачу, потом я ждала звонка от Адама, и все остальное вылетело из памяти.
Ладно, завтра первым делом позвоню.
Небольшой скандал насчет ужина ненадолго отвлек меня.
Вместе с отцом вернулась Хелен и требовала еду от "Макдоналдса".
- Нет, Хелен! - крикнул отец. - Мы покупаем там еду только по выходным.
- Это глупо! - тоже закричала Хелен. - В нормальных семьях ее едят по будням, а по выходным готовят что-нибудь домашнее!
Иногда она могла быть очень грубой.
В результате Хелен добилась своего, и отец отправился в "Макдоналдс" с длинным списком заказа. (Потом выяснилось, что он все, как обычно, перепутал - чизбургеры вместо мяса с сыром, кока-кола вместо диетической кока-колы и так далее.)
Я весь вечер, потеряв всякий стыд, ошивалась около Хелен в надежде, что она что-нибудь скажет про Адама.
Разумеется, я могла взять быка за рога и напрямую попросить у нее номер его телефона. Я ведь видела, что она не собирается никуда уходить ни с ним, ни с кем-то другим.
Но мне не хватало смелости.
Я установила, что она его не интересует, но не была уверена, не нравится ли он Хелен.
После ужина папа велел Хелен идти в свою комнату и заниматься.
Бедный папа!
Ему, видимо, хотелось самоутвердиться.
Удивительно, но Хелен после слабых протестов послушалась. Она, правда, обозвала папу негодяем и заявила, что режим в доме напоминает ей режим в нацистской Германии, но все же ушла в свою комнату.
Я выждала несколько минут, взяла Кейт, поднялась наверх и постучала в ее дверь.
За дверью послышался шум. Похоже, она прятала что-то под кровать.
- О господи, Клэр, никогда так не делай! Я решила, что это отец! воскликнула она, глядя на меня огромными глазищами.
Она вытащила из-под кровати журнал под названием "Настоящие преступления" или что-то в этом роде.
- Ты вообще когда-нибудь занимаешься? - поинтересовалась я.
- Не-а, - презрительно отозвалась она.
- А если завалишь экзамены? - спросила я, садясь на постель.
- Не завалю, - заверила она.
- Откуда такая уверенность?
- Знаю, и все, - сказала она.
Господи, мне бы ее нахальство.
- Ну а как вообще дела в колледже? - спросила я в надежде, что она расскажет что-нибудь об Адаме.
- Нормально, - ответила Хелен, явно удивившись моему интересу.
Об Адаме ни слова.
А я не могла спросить - не могла, и все!
И тут я услышала телефонный звонок. Первый звонок за весь день.
Я молнией сорвалась с кровати и оказалась на лестнице.
"Слава богу, что я не попросила у Хелен номер телефона Адама! подумала я с облегчением. - Я бы выдала себя, а теперь в этом нет необходимости".
- Алло, - сказала я, стараясь сделать свой голос приятным, спокойным и извиняющимся одновременно.
"Прости, Адам, я никогда больше не буду себя с тобой так вести".
- Здравствуйте, могу я поговорить с Джеком Уол-шем? - раздался мужской голос.
Моей первой мыслью было - на черта Адаму понадобился мой отец?
Но тут я поняла, что звонил вовсе не Адам.
Подлец! Как он посмел?! Я едва шею не сломала, слетая по лестнице, а теперь получается, что это не он!
- Да, мистер Бреннон, я его сейчас позову, - сказала я.
Я с несчастным видом поплелась вверх по ступеням - значительно медленнее, чем я спускалась вниз.
Пришлось вернуться в комнату Хелен: она все еще была мне нужна.
Хелен играла с Кейт и не сочла нужным прокомментировать мой стремительный полет по лестнице.
Это одно из огромных преимуществ общения с такими эгоистками, как моя сестрица. Она крайне редко замечает что-то, не происходящее непосредственно с ней.