- Адам, - повторила я и осторожно коснулась его руки.
Он напрягся, но руки не отнял.
- Дело не в тебе, а во мне, - неуклюже пробормотала я.
После небольшой паузы он спросил:
- Что ты имеешь в виду?
По крайней мере, так мне послышалось, потому что разобрать было сложно. Он низко опустил голову и говорил практически в свой свитер.
- Потому что это моя проблема, - промямлила я.
Эти слова дались мне нелегко, но я должна была их сказать. Я чувствовала, что в долгу у него. Я обидела его, и самое меньшее, что я могла сделать, это объяснить, что творится в моей голове.
Он сказал что-то еще.
- Прости, Адам, но я не разобрала, - извинилась я.
Он поднял голову и посмотрел на меня. Даже в плохом настроении он невероятно красив.
- Я спросил, в чем твоя проблема? - повторил он.
Меня снова охватил страх. Я должна все исправить! Но говорить с ним, когда он в таком дурном расположении духа, было трудно.
- Все дело в том, что я не уверена в себе и подозрительна, - сказала я.
Он промолчал. Сидел и мрачно смотрел на меня.
- Ты не сделал ничего плохого... - заикаясь, продолжила я.
Он слегка кивнул - во всяком случае, мне так показалось. Но я немного осмелела и продолжила:
- Я подумала, что ты ушел, так как не хотел со мной разговаривать.
- Ясно, - сказал он без всяких видимых эмоций.
Мне захотелось его стукнуть. Ну, ради бога, прояви же хоть какую-нибудь реакцию. Скажи мне, что я дурочка, что ты всегда хотел меня видеть...
Адам молчал.
Кто знает, может, ему не нравилось, что я напрашиваюсь на комплименты? Тоже можно понять. А может, самое время перестать пытаться им манипулировать? Но иногда ты делаешь это так же машинально, как, например, дышишь. Хотя гордиться тут нечем.
Я попыталась объясниться:
- Я думала, что ты не хочешь со мной разговаривать, потому что я наговорила тебе столько глупостей по телефону в субботу.
- Точно, наговорила, - согласился он.
- Но я боялась, - печально поведала я.
- Чего? - поинтересовался он, но уже не так зло.
- Да... всего, по сути, - сказала я.
И тут, к моему ужасу, глаза мои наполнились слезами. Но я не нарочно, клянусь, не нарочно!
- Прости, - всхлипнула я. - Я вовсе не хочу тебя разжалобить.
- И правильно, - заявил Адам. - Потому что это не сработает.
"Бессердечный негодяй!" - подумала я, но тут же выбросила эту недостойную мысль из головы.
- Я реагирую на плач женщин, только если им не больше двух лет, продолжил он, слегка улыбаясь, и дотронулся до личика Кейт.
- Вот как? - заметила я и попыталась улыбнуться, хотя все еще продолжала плакать.
- Так чего же ты так боишься? - спросил он. На этот раз довольно мягко.
- Да всего на свете! Привязаться к человеку, а потом потерять его; показаться идиоткой, получить душевную травму, отпугнуть человека, быть чересчур прямой и откровенной или, наоборот, слишком отстраненной... начала перечислять я. - Продолжать? Меня на несколько часов хватит.
- Нет, достаточно, - сказал он. - Но мы все боимся того же.
- Разве? - удивилась я.
- Конечно, - уверил он меня. - Почему ты считаешь себя особенной? Знаешь, у тебя нет монополии на такие чувства. Я только не пойму, почему ты боишься меня.
- Потому что... Я подумала, что ты пользуешься мной, чтобы возбудить ревность Хелен! - выпалила я.
- Но я же сказал тебе, что это не так! - в полном изнеможении произнес он. - И еще я сказал, что понимаю, отчего ты так себя чувствуешь, хотя мне это и не нравится.
- С чего это ты такой понимающий? - спросила я, на мгновение отвлекшись от собственных переживаний. - Мне казалось, мужчины не способны чувствовать такие вещи.
- Только не я, - сказал Адам.
Выглядел он печальным и задумчивым. Я догадалась, что думает он сейчас не только обо мне и Хелен.
Что же случилось с ним?
Какое горе он носит в душе?
Я решила обязательно до этого докопаться. Но сначала надо было разобраться с текущими проблемами. И я смело взялась за дело.
- После нашего разговора в воскресенье я поняла, что вела себя как истеричка, слишком болезненно на все реагировала и напугала тебя. Потому и решила, что ты никогда мне больше не позвонишь, - выпалила я, осторожно наблюдая за ним из-под ресниц.
- Ну... - медленно начал он.
"Господи, нельзя немного побыстрее? - в отчаянии подумала я. - Мои нервы уже на пределе".
- Я и в самом деле не собирался тебе звонить, - признался он.
- Вот как?..
Да, ничего себе вечерок выдался!
Мне показалось, будто я получила удар в живот лошадиным копытом.
Вообще-то это неправда, поскольку меня никогда не лягала лошадь. Но я чувствовала себя так, как когда лет в десять упала со стены на выдубленную солнцем лужайку, жесткую как асфальт. Упала прямо на живот. Я помню эту боль, ощущение тошноты и перехваченное дыхание.
Примерно так я чувствовала себя сейчас.
- Не потому, что мне не хотелось, - продолжил Адам, явно не понимая, как мне больно. - Но я решил, что так для тебя лучше.
- В каком смысле? - спросила я, сразу почувствовав себя неизмеримо бодрее.
- Тебе так много пришлось пережить за последнее время. Мне не хотелось тебя расстраивать.
Просто ангел, да и только!
- Ты меня не расстраивал, - сообщила я.
- Да нет, точно расстраивал, - настаивал он. - Прости, но я же видел, что каждый раз при встрече со мной ты раздражаешься или огорчаешься.
Меня окатила волна облегчения.
- Это ты меня прости, что я так себя вела, - сказала я. Но...
Я набрала полную грудь воздуха. Как-никак я сильно рисковала: собиралась признаться в своих чувствах.
- Я скорее соглашусь видеть тебя, чем не видеть, - наконец выговорила я.
- Правда? - по-мальчишески обрадовался он.
- Да.
- Ты уверена?
- Уверена.
- Значит, ты мне доверяешь?
- Ох, Адам, - сказала я, одновременно плача и смеясь. - Я сказала, что хотела тебя видеть. И ни слова о доверии.
- Ладно. - Он тоже засмеялся - правда, без всяких следов слез. - Но ты поверишь, если я скажу, что хочу видеть тебя, а не Хелен?
- Да! - торжественно произнесла я. - Поверю.