— Без тебя — все равно один.
— Ну как, милый Антонию, вы проводили сеньора Мея? Уго де Касо, подержал, ладони над жаровней, отломил кусочек от ароматической палочки и бросил его на тлеющие угольки. По комнате пополз смолистый, ладанный, очень вкусный дымок. Он смешался с запахом роз, лепестки которых были рассыпаны по полу.
— Да. И мне очень жаль.
— Я думаю, вам не столько жаль его, сколько грустно потерять хорошего собеседника.
— Нет. Андрес...
— Да, да. И вы быстро забудете о нем. Я вижу, вам не дает покоя меланхолия. И не мудрено в таком климате. Сам — родом из Кастилии. Но лишь проведя несколько лет в дивной Индии, я понял, как прекрасна может быть жизнь. Вы чувствуете запах? Это аромат Индии. Я всю юность мечтал попасть туда. Стать миссионером и осветить цветущий край святой католической верой, чтобы превратить эту землю в подобие рая.
— И вам удалось?
— О, это долгая, кропотливая работа. Нам нужны помощники на праведном пути. Люди, стремящиеся принести очищение, счастье служения Господу в темные или заблудшие души. Милый Антонио, ваши способности незаурядны. Подумайте, не хотели бы вы стать моим учеником... нет, другом, и отправиться в Индию? Не торопитесь отвечать, у меня есть еще неделя. Приходите через день. Или лучше так: я привязался к вам, и мне было бы больно услышать "нет"... Если не можете, а это значит — не хотите, отправиться со мной, не надо появляться здесь. Чтобы не расстраивать меня. Лишний раз. Поездка в Испанию и без того ухудшила мое здоровье. Только, если решитесь уехать, известите...
Уго и вправду пора было покидать Мадрид, ревизия работы иезуитской коллегии завершена. Сведения для папы Пия V собраны.
В том числе и о взаимоотношениях Филиппа Католика с женой, любовницей и сыном, находящимся ныне под жестким надзором, почти в заключении. А также удалось добыть копии с черновиков писем Филиппа еретичке Елизавете Английской. И письма эти были переполнены дружескими изъявлениями. Конечно, король мог в любой момент представить их всего лишь средством тонкой политики. Но, кто знает, какой ветер будет дуть в Европе будущим летом? В дело может пойти все. А удивительно, почему нет особой симпатии между Пием и Филиппом? Два человека из самых могущественных под христианским солнцем, два столпа католицизма и... неприязнь.
Если Филипп, наслышанный о легкомыслии, разврате и сребролюбии предыдущих первосвященников, с недоверием относился к Пию V, считая себя достаточно преданным религии и осененным благословением господним, чтобы заявить: "В Испании нет папы, кроме короля!", то папа, теряющий в Европе то герцогство, то королевство, зараженное протестантской или лютеранской ересью, прикусывал до синевы и без того тонкие — в ниточку — губы, желая подчинения Испании. Это страна, где стараниями блаженной памяти Торквемады и последователей так чисто были выпороты сорняки на ниве благоверных католиков, что — и это может подтвердить Уго де Касо — инквизиции приходилось придумывать еретиков, выбирая их из марранов или морисков побогаче, чтобы не остаться без хлеба насущного. Испания была близка, как тот локоть, которого не укусишь. Пий V останется доволен Уго и в какой-то мере отмщен за унижение, когда его, папского, нунция развратный герцог де Алькала принимал лишь в спальне, а какая-нибудь ухмыляющаяся дама полусвета глядела на них, едва прикрыв чресла, с широкого ложа. И это — лишь чтобы досадить старцу, считающему женщин отродьем дьявола, а если уж будет невтерпеж, призывающему к себе мальчишек. Так вот Пий удовлетворенно хихикнет, узнав, что Изабелла в Кастилии чахнет и долго не протянет, придурок Карлос, если не постарается умереть сам, будет прикончен собственным отцом, а казна Филиппа давно продырявлена, и из нее утекает больше, чем кладется. Чем бы еще порадовать папу за страсть, которую он вкладывает в служение святой церкви? А скажу-ка я, что герцогиня де Алькала принадлежит не только мужу и королю, но и путается с кем попало. Думаю, буду недалек от истины. У нее глаза скучающей женщины и, если бы у меня нашлось желание и время, стоило бы только подмигнуть с улыбкой. Неохота пачкаться. Хотя... любовницы королей всегда были идеальными шпионками. А значит, и рекомендация на такой случай не помешает папе, нет, лучше сообщу я об Инесе генералу ордена. Иезуиты куда больше смогут выудить из красавицы-герцогини. Пусть бы только подольше оставалась в фаворе. С нею можно будет поладить. А чтобы не рисковать самому, — действовать через... ну хотя бы юного Гассета. Просто удовольствие видеть на наивном челе все, что он думает сейчас, и предвидеть то, что подумает завтра. Жаль — не обучен он и не проверен в деле. Герцогиня едва ли устояла бы перед свежестью и обаянием Антонио. Ну да ладно, раз решил взять с собой дона Поэта, придворные планы строить нечего. Приятно будет поработать с ним и написать на его души заповеди иезуитов. Приятно будет и поболтать с ним на кастильском диалекте. В Мадриде уже забывается, как не хватало в Гоа, среди португальцев, индийцев и другой разноплеменной толпы, мелодии испанской речи.