…мою скорбь, помози ми, яко немощну, окорми ми, яко странна. Обиду мою зриши, разреши ту, яко волиши…
Да она молится! Ничего себе! Не зная, как к этому относиться, я ничего не сказала. А скоро молитва прекратилась, Женя поклонилась три раза, да низко, до пола, закрыла книжку и убрала в карман. Да, в общем, ее дело, молится и молится. Человек верующий, есть свои принципы, это здорово. Мне вот не привили интереса к религии, в церковь я заходила пару раз. Правда, крестик ношу и в Бога верю. Интересно, а Изка крещеная? Если да, то какое у нее второе имя, вряд ли ее крестили Изольдой… Столько лет дружим, а подобный вопросом я не задавалась. Скорее всего, некрещеная. Или сама не знает. Вот что, напишу я тете Зое, она точно должна знать. Крест она ни разу не надевала… По крайней мере за пятнадцать лет нашего знакомства.
Глава 27.
Иногда я оставалась ночевать в Изкиной палате, на кушетке у стеночки, Эмир Ильясович разрешил. Ко мне привыкли, медсестры и дежурные вежливо здоровались. А я помогала с уборкой. Как-то раз ночью, неожиданно для себя, помогла бабульке-уборщице вымыть широкий и длинный коридор, та рассыпалась в благодарностях. Намывая старый паркет, я испытала неясное чувство внутреннего удовлетворения и с тех пор охотно бралась за швабру по ночам. Это здорово отвлекало от бесконечного наблюдения за Изкой. Кстати, подруга перестала отказываться от еды, стоило вложить ей в руку ложку, Изка начинала трапезу. Правда, ела медленно, движения рук были неуверенными, но так и должно быть, по сути, Изка заново училась владеть своими руками. Я с ней разговаривала. В смысле, я говорила, а Изольда слушала, иногда сдвигая брови к переносице. Она меня понимала, точно, иногда даже улыбалась. Вернее, дергала углом рта, правым, там, где не было шрамов. И шрамы уже не выглядели жуткими, а может, я просто притерпелась.
Раз я притащила тетрадь с карандашом и вложила его в Изкины пальцы.
- Из, я вижу, что ты не хочешь общаться. Это твое дело, но я надеюсь, что ты изменишь свое мнение. Может, хотя бы черкнешь пару слов? Я уже научилась читать по глазам, но это не очень удобно.
Изольда повернула голову на подушке.
- Из, вот еще что. Тебя скоро выпишут. Ну, отсюда, из стационара. Где-то через месяц, к осени точно будешь дома.
Я максимально осторожно подбирала слова, потихоньку готовя Изку у главному. Вчера я часа полтора беседовала с Эмиром Ильясовичем. Он посоветовал мне не терять времени, а писать в собес и Пенсионный фонд, чтобы Изку поставили там на учет и…присвоили группу инвалидности. Первую. Помимо кучи справок, медицинских протоколов и результатов обследования, необходимо получить направление на освидетельствование в бюро МСЭ, заверенное лечащим врачом и главврачом, и, разумеется, заявление. От Изки. А какое заявление, если она даже рта не раскрывает и почти не контактирует с окружающим миром? Далее они там назначат медико-социальную экспертизу, либо в стационар приедут, либо заочно присвоят, если не захотят возиться. Все это я постаралась как можно мягче втолковать Изке. И еще про то, что мне, судя по всему, надо стать Изкиным законным представителем, чтобы обращаться от ее имени в Пенсионный фонд за пенсией по инвалидности и ходатайствовать о различных льготах. И еще чтобы предоставили «технические средства реабилитации и социальной адаптации», как сказал Эмир Ильясович. Я так поняла, что это коляска, может быть, сидение для ванны какое-нибудь, что там еще…
- Из, если ты будешь молчать, а они приедут проводить экспертизу сюда, я боюсь, что тебя могут признать недееспособной. Ну, не в своем уме. Мы-то знаем, что ты нормальная, но для чиновников это не очевидно. И еще я вызову нотариуса, нужно твое согласие, что ты доверяешь мне…ну, решать всякие вопросы. Я сама еще толком не знаю, что к чему. Ты же доверяешь?
Изольда кивнула. Впрочем, выбора у нее не было. Да и у меня тоже.
Мне стало казаться, что эти все бюрократические процедуры не должны быть сложными. Ну, собрать справки, ну, оформить доверенность у нотариуса. И всегда можно спросить у Эмира Ильясовича, если что.
Своим взглядом на события я поделилась с Женей, та меня поддержала. Даже предложила позвонить ее знакомому нотариусу, очень, мол, грамотная тетка, приехать в больницу для нее не проблема. Я согласилась, сама-то вообще с нотариусами ни разу не сталкивалась. Засыпая на кушетке, слушала, как Женя читает Изольде «Собаку Баскервиллей».