Твою ж дивизию!
- Идите кофе пить! – крикнули с кухни.
- Мащ, двигай на кухню. Да забей, не разувайся.
И из-за этого человека Пра страдала, ревела и ночами не спала? Поглядела бы она сейчас на своего героя – да ему один шаг до алкаша! Рокер, блин. Где был три года назад, там и остался. Три года назад у него не было мешков под глазами, да и взгляд был другой – ясный и твердый. С какой-то мстительной радостью я приняла из рук подружки Андрея чашку с кофе, неплохо сваренным, надо признать. На кухне был жуткий беспорядок: немытая посуда, какие-то объедки, пластиковые стаканы, под ногами валялись банановые шкурки, пепельница с отколотым краем. На подоконнике я заметила три странных конструкции из пластиковых бутылок, воронки, не воронки, что-то наподобие. Хорошо, что я не стала разуваться.
- Как вообще дела? – дипломатично начала я. – Выступаете?
- А то! – гордо ответил Андрей. – Каждую неделю в клубешниках играем, на сейшнах бываем. В общем, ништяк. У меня теперь своя группа.
- Как называется?
- «Адский конь».
- Ну и название! Это ты, что ли, адский конь?
Андрей заржал.
- Ну, Машка, ты вообще не в теме, чего с тобой говорить… Лучше на концерт приходи, подружек приводи. Особенно каких-нибудь клевых телочек!
Девушка метнула на Андрея убийственный взгляд, он довольно ухмыльнулся. Что ж, совет да любовь. Хорошо, что Пра не с ним сейчас. А где? От Пра тоже не было вестей.
- Ты работаешь?
- Я музыкант вообще-то, на хрен работать? Жизнь одна, надо делать то, что нравится, докажи, Танюх?
Девчонка кивнула. Я повнимательнее посмотрела на нее: совсем молоденькая, младше нас с Изкой, лет шестнадцать, не больше. И уже целлюлит, у меня и то его меньше. Обведенные черным глаза, сережка в носу, волосы непонятного цвета. Изначально были, видимо, каштановые, она их покрасила в рыжий, а потом зачем-то в черный, но не все, а только пол-головы. Ну, может у них так принято. Только почему-то Изкины прежние друзья-неформалы, та же Морриган, эта еще, как ее, наголо стриженная…какая-то, в общем, тоже богиня, Егерь, парень из Питера, барабанщик Мэл…они выглядели лучше. Более стильно, оригинально. И общаться с ними было интересно, даже мне.
- Вот ты Маш, что, весело живешь? Тебе все нравится?
Секунду я думала. А потом решилась.
- Да, все суперски!
Ну, скучной мою жизнь точно не назвать, с Изкой не заскучаешь.
- У тебя хоть парень есть? – спросила Таня.
- Да, конечно! – меня было не застать врасплох.
- А чего делает? Не из наших?
Как это называется, ну в клубах, как Анка и Гридень? А, историческая реконструкция!
- Он реконструктор, рыцарь в общем. В доспехах.
Я сразу вспомнила синие глаза парня, что заслонил меня своим щитом, а потом своим телом на тех маневрах, первых и, очевидно, последних в моей жизни. Лучше бы мы туда вообще не ходили, и Изка никогда не познакомилась бы с Русланом.
- А, толчки, - Андрей презрительно махнул рукой.
- Кто это? – не поняла Таня.
- Ну, толкиенисты, - пояснил он. – Деревянных мечей наделают и по лесам бегают, типа они эльфы и гномы, оборжаться!
- Конечно, бухать по выходным лучше, чем по лесам бегать, - не удержалась я. – Спасибо за кофе. Андрей, если тетя Зоя позвонит, скажи ей, что она мне очень нужна. А еще лучше телефон запиши.
- Ладно.
Хорошо хоть не спросили, зачем нужна. Где теперь тот синеглазый рыцарь? А может, не синеглазый вовсе, просто мне так показалось? Нет, пусть остается синеглазым и красивым до умопомрачения, что ж мне, помечтать нельзя? Я иногда смотрела на летнее небо и думала: вот такие у него глаза. И я даже придумала ему имя: Сигурд. А впрочем, то, что случилось с Изольдой, разом отодвинуло все на второй план. Я нужна ей, хоть Изка и не говорит мне об этом. Я впервые кому-то нужна так, что без меня не прожить.
Надо, что ли, поискать Пра в соцсетях. Может, Изольда хоть с ней захочет общаться?
Через несколько дней к нам пришел массажист. Массажистка – худая, жилистая женщина лет пятидесяти, высокая и прямая, как спица. Учительский пучок, очки. Коротко, под самый корень обрезанные ногти. Надев бахилы, она прошла в комнату, взглянула на безучастную Изку и протянула: