Глава 31.
Ранним утром нас разбудил стук в дверь (которую я подперла тяжелой тумбочкой). Накинув халат, я пошлепала в прихожую: кого бы принесло в такую рань?
Оказалось, Вика. Еще больше взъерошенная и …с полноценным красно-синим фингалом под глазом, губа разбита. У ног соседки лежал порванный пакет с продуктами, причем сверху – кошачий корм.
- Привет, - тупо сказала я. – Что случилось, Вик? Да ты заходи, не стой!
Она зашла, скинула на пол спортивную кофту без молнии. Вика была очень худой, прямо-таки дистрофичной. Видимо, раньше я не замечала.
- Маха, кто там? – крикнула Изольда из комнаты.
- Идем знакомиться, - сказала я. – И расскажешь, чего случилось.
- Не пойду, - уперлась Вика, наклонив голову.
И вдруг заплакала, закрыла лицо руками, сползла по стенке на пол. Я пошла за валерьянкой, накапала в стакан, долила воды. Вика тряслась и вздрагивала, стакан стучал о зубы.
- Тебя избили? Кто? Может, в полицию заявить?
Вика взглянула на меня с горьким презрением: какая, мол, полиция, ты на каком свете живешь? Я отправила ее умываться, пересадила Изку в коляску, нашла аптечку, готовясь оказать первую медицинскую помощь. Мне бросились в глаза кровавые пятна на полу и я начала спешно их подтирать.
Пока Изка умывалась, я промыла Викину ссадину на губе. Потом усадила обеих за стол на кухне, стала делать омлет.
- Вик, давай уже, колись.
- Ну, короче, мне это Вадим втащил. Он, типа, отчим.
- А за что?
Она опустила голову.
- Я у него сигареты подрезала.
- Врет, - подала голос Изольда.
- Почему это?
- Не знаю. Врет и все. Привычка, наверное.
Вика с неприязнью покосилась на Изку.
- Так, - я оперлась о стол двумя руками. – Предлагаю перемирие, если оно возможно, конечно. Ты, Вика, перестаешь вести себя по-хамски, материться и прочее. И мы дружим домами. Нам и так из-за тебя замок испортили.
Итак, начнем сначала. Я Маша, а это моя подруга Изольда. У Изольды сегодня день рождения.
- Поздравляю, - Вика шмыгнула носом. – Сколько лет?
-Двадцать, - ответила Изка. И добавила: - Я инвалид.
- Ну и что? – спокойно спросила Вика. – А у меня мать алкашка и все ее хахали бухают, и отчим бухает. Я вот никогда не буду пить. Вообще никогда. Короче, мне сегодня ввалили, за то, что я продукты не отдавала. Это ведь ваши?
- Наверное, - неуверенно сказала я. – Кто-то нам приносит. Уже третий раз. Самое удивительное, что подъезд закрывается. Робин Гуд, наверное.
- А это кто? Ваш кореш?
Изка хихикнула.
- Ну, можно и так сказать.
Я, честно говоря, была в легком шоке от Викиной истории. Нет, я догадывалась, что семья совсем не благополучная, но чтобы отчим избил ребенка! И все поголовно бухают, жесть вообще. Вика не оторва, а бедняжка. В смысле, оторва, конечно, но и бедняжка тоже! И недоедает, это видно.
- Даже корм для котенка. Сигурд, иди сюда, тут есть дают.
Я положила Вике побольше омлета, сделала два больших бутерброда с сыром.
- Чай или кофе?
- По фиг.
Изка поменялась в лице.
- Вик, а тебе сколько лет?
- Четырнадцать! – Ответила она с набитым ртом.
- Восьмой класс?
- Седьмой, я второгодница. И, по ходу, еще на год останусь.
- Так сказала, будто сама этого хочешь, - ворчит Изка.
- Да у меня класс уроды сплошные, не хочу с ними дальше учиться. Да и вообще не хочу в школу ходить, она меня запарила уже. Быстрей бы паспорт получить, пойду работать, хоть деньги свои будут. Ладно, пошла я. Спасибо, что покормили.
- Приходи вечером, - неожиданно сказала Изка. – Потусим.
Вика недоверчиво взглянула на нее.
- Тока я без подарка приду, ничего?
- Договорились.
Я зачем-то проводила ее до двери. Вика натянула свои дырявые берцы, запахнула оимпийку, махнула на прощание рукой. Видок у нее был тот еще: синяк под глазом, заклеенная губа. Я слышала, как она вприпрыжку мчится вниз по ступенькам и в голове у меня потихоньку оформлялась идея.