- Тебе тут звонили, Коль. И писали.
- Да? Кто?
- Некая Юлечка. Очень скучала по своему котику. Ты это как-нибудь можешь объяснить, чтобы я поверила? Или мы разговариваем в последний раз?
Коля побледнел. Я заметила, что у него даже руки дрогнули, парень поспешно убрал их за спину. Значит, все правда. Жесть вообще.
Лиза стояла перед ним, маленькая, круглая, растрепанная, но от нее веяло такой скорбью и отчаянием, что я даже не решилась на ободряющее пожатие.
- Понимаешь…- сдавленно сказал Коля.
- Не понимаю. Давно ты мне врешь? В глаза смотри! – художница не позволила своему голосу сорваться на визг.
Он послушно уставился на ее лицо.
- Понятно. Я не буду ничего выяснять, ты этого не заслуживаешь. Мне только больно, что я так жестоко ошиблась. Мари, пошли.
Я с облегчением проследовала в комнату. Коля стоял у порога соляным столбом. Мы в молчании начали собирать вещи. Как ни странно, их оказалось не очень много. Лиза сказала, что у нее куча всего в театре: краски, палитра новая… Она бросала шмотки на одеяло, я складывала их в сумку.
- Лиз… - Коля заглянул в дверь.
Художница отвернулась к окну.
- Я тебя не знаю. И не хочу больше знать. Отправляйся к Юлечке, Танечке, Катеньке и еще к кому хочешь, котик. Хоть к черту на рога проваливай!
Лиза говорила почти спокойно, но я видела, как из ее глаз быстро-быстро закапали слезинки, видела ее закушенную губу и судорожно сжатые руки. Я встала и закрыла дверь.
Рабочее утро началось с отключения света: кофе-машина не работала, в зале было пусто и темно, пришлось зажечь свечки. Я сидела за баром, думая про Швец-Нагорных. Так быстро все случилось. Три года вместе, а теперь врозь. Но, может, это я так драматизирую? Пройдет время, и они еще помирятся? От судьбы не уйдешь?
Электричество дали только к обеду. Я еще раз позвонила Лизе, чтобы ее морально поддержать. А сама думала о Дэне. В прошлом году в это время у меня порхали бабочки в животе…и неважно, что на улице грязно и холодно. Меня согревали мысли о Дэне, мечты о нашей с ним любви… Я не знаю, почему кому-то везет сразу найти своего человека, а у кого-то не выходит, хоть плачь. Говорят, мы сами свою судьбу делаем. Где, где я накосячила, чего не так сделала, что у меня никого нет? А Лиза в чем виновата? Ох, такие мысли не доведут до добра, однозначно. Хватит, пора завязывать с ними.
Под вечер заглянул Коля, смущенный и растерянный. Было видно, что он сам себя стыдится. Вертя в руках чашку кофе, любезно предложенную Ириной Николаевной, он все бросал на меня выразительные взгляды. Потом подошел.
- Маш, поговорить бы? Ты не очень занята?
В зале сидело всего два столика.
- Я тебя слушаю.
- Маш, я про Лизу.
- Я поняла. Ты как вообще мог? Я не буду тебя укорять и стыдить, хотя мне безумно хочется тебе по физиономии съездить. Как ты мог, я просто не понимаю. Ладно бы вы ссорились там, ругались, но вы же были идеальной парой… Так что произошло?
- Да я и сам не знаю толком… - высоченный парень потупился. – Просто у Лизы эта ее работа началась, она занята постоянно.
- Ну, это нормально. Она, вообще-то, как нормальный человек, закончив образование, нашла работу по специальности. Чего тебя не устраивает? Да, наверное, стала тебе уделять меньше времени, так что, это повод бежать к другой сразу?
- Не к кому я не бежал! Ты не знаешь, а говоришь!
- Так расскажи, если хочешь. Коль, вы оба мои друзья, но так нельзя вообще…нельзя предавать того, кто тебе доверился. Тем более Лизу, она замечательная.
Тут меня позвали и разговор прервался. А когда я приняла заказ у третьего столика, Коли уже не было.
Подумав, я рассказала все Изке. Да, это может травмировать, но я-то хочу, чтобы Изка жила в реальном мире со всеми его горестями и радостями. Я хочу, чтобы она снова встала на ноги и вернулась в жизнь. Изка внимательно выслушала, склонив голову к плечу. У нее аж ноздри задрожали – признак того, что подруга в бешенстве.
- Вот козел!!! Крыса последняя!