Через две с половиной недели я сдала последний экзамен. Моисеич, собака, всю душу вынул, три с половиной часа сдавала! А потом сказал: «Ну, так уж и быть, четыре, вы все же староста группы, да и я сегодня необоснованно снисходителен». Это при том, что я на все вопросы ответила без запинки, даже не по билету! «Снисходителен», «староста группы»! Вот же делать мужику нечего, будет до вечера сидеть и пить студенческую кровь! Мы с девчонками зашли в Мак и принялись перемывать косточки преподу. Чтоб тебе икалось там! Блин, четыре, так обидно, я полторы недели готовилась! Но с таким спорить – себе дороже… Хорошо хоть, в диплом не идет.
Вика пришла, аккуратно разулась, тихо прошла на кухню и стала выкладывать купленные продукты: молоко, сыр, хлеб, сосиски, зелень. Обычно она врывается, как тайфун, чуть не снося полку с обувью. Раньше Изка тоже так делала. Я осторожно положила Вике руки на плечи, та подняла заплаканные глаза. Я похолодела: что-то опять случилось. Сигурд мяукнул и потерся об Викины ноги.
- Вик, ты только не волнуйся. Все поправимо.
- Нет, - она всхлипнула. – Мы с Сашей расстались. Ты мне сказала, что надо говорить правду! Вот я и призналась, а он меня бросил, сказал, что не сможет доверять теперь!
Вот засада!
- Маш, я пойду к себе пока.
- Вик, плачь уж лучше здесь.
- Нет, я у себя лучше…Маш, манки не было в магазине, а в другой я не пошла.
- Да и фиг с ней, с манкой.
Вика ушла, а мы с Изкой уснули на одной кровати. Вымотались. Ну, на мне еще сказались бессонные ночи подготовки к экзаменам. Но теперь, слава Богу, все позади. Практику я «прошла» так же, как и в прошлом году. Алиска, девочка Оля с младшего курса, вежливые улыбки, бутылка «Мартини» - и вот, пожалуйста, Дружинина Мария Александровна, получите и распишитесь, практику вы прошли и четвертый курс закончили. Точнее, там еще два экзамена, но у меня «автоматы», надо только зачетку донести.
Игру по «розам» перенесли на первые выходные августа – Анка позвонила, сказала, что-то не срослось, с городской администрацией не смогли договориться. Я даже обрадовалась: тут такие нервные перегрузки, хоть отдохну немного, потом съездим. А пока рвану к своим в Переславль на недельку – на даче аврал, меня мобилизуют на войну с сорняками и колорадским жуком. Я уговорила Лейлу пожить у нас четыре дня, как-то боязно оставлять Изку на одну Вику, хоть они и ладят. Вика вся в трансе, похоже, действительно расстались с Сашей. Девчонка ничего не рассказывает, по крайней мере, мне, сидит у себя, слушает музыку и плачет. И убирается в квартире мамы, до скрипа драит полы, чистит кастрюли и сковородки… Я особенно не лезла ей в душу, я знаю, что есть люди, которым расспросы только причиняют лишнюю боль. Это мне нужно непременно с кем-то поделиться, обсудить, выплеснуть переживания, пусть даже виртуальному собеседнику. Очевидно, наша Вичка – интроверт.
- Ты тут поласковей с ней, - попросила я Изку на прощание.
- Да понятно, Мах. Хватит все контролировать. Хотя знаешь, в этом возрасте, наверное, все переживается легче. Почему она ничего не рассказывает?
- Тебе тоже?
- Да. Сказала только, что она все рассказала Саше: про себя, свою маму... и что мы ей не сестры. А он сказал, что она ему не доверяет, раз раньше не открыла правду…и он не хочет с ней встречаться. Типа, развела его, все такое.
- Из, так глупо получилось. Разве это повод расставаться? А ты все: «Ромео и Джульетта, первая любовь…»
- Мах, ты просто не понимаешь. Парню обидно, он чувствует себя обманутым. Я бы не стала признаваться на ее месте.
- Как, совсем?
- Ну как…потом бы сказала, когда провстречались бы подольше…год там или полтора.
- Из, все равно бы выплыло. Вика не суперагент, чтобы поддерживать свою «легенду». А парень наверняка спрашивал про школу, учителей, родителей, опять же…
- Все равно, - Изка упрямо мотнула головой. Зря ты заставила Вику признаться.
- Я заставила?! Я просто свое мнение высказала. И сейчас его не изменила, Из. Мне жаль Вику, очень. Но и парня понять можно. И знаешь, что еще? Если она ему нужна, он вернется.