- А что, разве похоже?
Пра кивнула.
- Я, конечно, не утверждаю…но мне так кажется. Во-первых, я медик. Да, почти выучилась на акушерку. А во-вторых… - Пра обвела нас радостным лучистым взглядом, - я сама скоро стану мамой. Через шесть месяцев у меня будет сын.
Немая сцена затянулась: мы с Изкой переваривали услышанное.
- Эй, отомрите уже. Я в сентябре выхожу замуж. Ну, девчонки, вы чего?
Изка потребовала подробностей. Пра рассказала совершенно потрясающую историю: во время одной из первых африканских командировок наша подруга-пилот подцепила малярию в какой-то особенно тяжелой форме. Ее не повезли через океан, а отправили в соседний лагерь волонтеров. Пра остригли волосы, она две недели пролежала в горячке, а потом узнала, что некий молодой врач практически не отходил от нее. Девушке сказали, что она встала на ноги исключительно усилиями пана Даниэля Новака. Растроганная Пра разыскала своего спасителя и…они с Данеком полюбили друг друга. Польский доктор оказался интересным и симпатичным парнем. Пра сказала, что мечтала о таком всю жизнь. Ради Данека она засела за книжки, чтобы тоже выучиться на медсестру и быть рядом с любимым. Они почти сразу заговорили о свадьбе – чего тянуть? Но подать заявление так, чтобы спланировать медовый месяц, удалось только через год: учеба, работа, поездки. Пра продолжала летать. И только когда они узнала, что ждут ребенка, Даниэль настоял, чтобы его невеста оставила штурвал.
Так романтично. У меня даже слезы навернулись на глаза, Изка тоже подозрительно часто шмыгала носом и моргала. Наша Пра выйдет замуж! Наша Пра встретила свою любовь!
А про Вику…неужели она серьезно? Да нет, бред. Просто Вика расстроена до ужаса, вот тебе и тошнота на нервной почве. А вдруг не бред? Господи, забеременеть в четырнадцать лет!
Пра внезапно хлопнула себя по лбу:
- Я же совсем забыла про подарки, вот балда! – И кинулась в прихожую.
Из недр матерчатой сумки она извлекала коробочки и свертки, раскладывала их на столе. Мы с Изкой были одарены одинаковыми комплектами красивого белья: цвета бордо с кипенно-белым кружевом, я подобного никогда не носила. «Наверное, белье не очень-то дарят, - сообщила Пра, почесывая облупившийся нос. – Но я не могла удержаться просто». Еще мне достался серебряный кулон с моим именем: филигранная надпись «Mari» и цветок, тоненькая, почти невесомая цепочка. Мари, а не Мэри – шикарно! Как на асфальте перед подъездом. Изка получила массивный плетеный браслет из кожи с обсидианом. Холодильник украсился парой магнитиков из Варшавы и Вроцлава. Для Вики мы отложили яркую арафатку и тоже пару кожаных браслетов. Еще на столе оказалась бутылка с рижским бальзамом, говорят, его хорошо добавлять в чай, какие-то неведомые конфеты… Мы бы с удовольствием оставили Пра ночевать, но ей нужно было захватить кое-что дома, а рано утром бежать на электричку. Я отправилась провожать подругу.
Мы шли молча минуты две, потом Пра неожиданно остановилась.
- Маш, а как оно вообще с Изкой? Я, конечно, в шоке была, но старалась не показать.
- Плохо, Пра. Все плохо. Я обещала никому не рассказывать, но тебе скажу правду: Изка решила покончить с собой, из-за того, что ее бросил парень, даже записку оставила. Она нарочно хотела разбиться на мотоцикле, понимаешь? Но мотоцикл почему-то не упал с обрыва, упала только Изка. И поломалась, Пра. Очень тяжело, в Склифе лежала.
Пра погладила меня по щеке. Я думала, что заплачу, но почему-то не заплакала. Только слова хлынули из меня нескончаемым потоком: как Изка лежала в больнице, как Эмир Ильясович сказал, что ей нужно заниматься, а она не хочет заниматься, вообще ничего не хочет, сначала даже не разговаривала, сидела, как неживая, а потом расчикала себе вены…а потом мы познакомились в Викой, Изка немного отошла. А я боюсь, что у нее ноги вообще атрофируются на фиг. Хорошо, хоть Лейла делает массаж.
- Ну, ноги неплохо выглядят, - сказала Пра. – Я посмотрела.
- Что нам делать? Что нам делать, Пра?
- Маш, она сама теперь должна. Ты и так сделала немерено, как только выдержала все. Ты очень сильная! Настоящая валькирия!
- Спасибо, Пра. А ты как своего сына назовешь?
- Я хотела Данеком. А Данек предложил назвать Марцином. Марцин Новак. Хорошо?
- Очень хорошо. А ты будешь пани Новак?
- Ага. Прикольно, да?
Мы подошли к подъезду Пра.
- Все же проследите за Викой своей, Маш. Я не утверждаю, но знаешь…я все же год работала медсестрой, а еще обучала будущих матерей, я их столько повидала в Африке. Сделайте хотя бы тест.