В феврале такое положение перестало меня устраивать. Я хотела поговорить с Дэном – и боялась этого разговора. Да и как это: самой сказать парню, что он тебе нравится? Хотя, после того, что у нас было…
Глава 14.
Раз Изольда вернулась с репетиции сильно не в духе, швырнула сумку под стол, прошла в ванную, не разуваясь, на ходу скинула дубленку. Встревожившись, я осторожно постучала. Изка гляделась в зеркало, глаза у нее были полоумные.
- Ты чего?!
- Мах, не приближайся! Стой, где стоишь!
- Да что стряслось-то?
- Мах, смотри… - Изка подняла руки, широкие рукава съехали к локтям. На обоих предплечьях были красные маленькие пятнышки. – И вот еще, на шее. – Подруга откинула волосы назад. – И на голове, чешется. Не подходи ко мне, вдруг заразно?
- Может, аллергия?
- Ага, на что? У меня в жизни ее не было. И знаешь что, Мах? Мне кажется, я температурю…
У меня аж волосы шевельнулись на голове. Так вышло, что мы с Изкой ничем особенно не болели, даже простужались редко. И таблеток никогда не пили, лечились травяными сборами. Даже в домашней аптечке лежали только бинт, вата, йод, перекись и валерьянка. Термометра и того не было. А тут что-то такое непонятное и неизвестное науке, пугающее.
- Может, корь? – крикнула Изка из ванной.
У меня появилось нехорошее подозрение.
- Из, а ты ветрянкой болела?
- Нет! – Подруга не задержалась с ответом. – Бли-и-и-н!!! Вот черт!
Участковый терапевт подтвердил наши опасения и выдал Изке больничный. А через пару дней в поликлинику пошла я. В итоге февраль стал месяцем карантина: мы сидели дома, пили шиповник, мазались раствором марганцовки. Гулять выползали к вечеру, когда окончательно стемнеет. Пару раз заходила Алиска, приносила продукты из магазина и конспекты, рассказывала последние сплетни. Инесса рвет и мечет, боясь потерять свою Клеопатру, репетиции идут пока без Изки. Подходил Кир, спрашивал, что с Изольдой, почему не видно Ледяной Принцессы. Не забывает ее мальчик-мажор, на что-то надеется. Алиска сказала, что подруга уехала отдыхать. Изольде каждый день звонили друзья, спрашивали, где, мол, она. Изка тоже всем говорила, что уехала. Не может же, в самом деле, Ледяная Принцесса болеть ветрянкой!
Мне никто не звонил. Я предупредила Люду, позвонила нашему куратору в институте. Родителям говорить не стала, чтобы они не волновались. А больше я никого не интересовала. Я специально не стала звонить Дэну, чтобы проверить его. Если я буду нужна ему, он позвонит сам. Или узнает в кафе, что я болею, и придет с цветами…было бы чудесно. Очень романтично. Но он не приходил, не звонил. Я тупо просиживала целые дни на диване, смотря «Секс в большом городе» на английском, скачала с торрента все шесть сезонов. Хороший сериал, совсем не попсовый, как многие думают. Да, очень американский, не без этого. И все же проблемы, которые по-своему решают четыре подруги, волнуют почти каждую девчонку, а конечная цель актуальна абсолютно для всех: найти свою настоящую любовь и выстроить счастливые гармоничные отношения, разве плохо? В какой-то из серий Кэрри сказала: «Хуже, чем одиночество в тридцать, только одиночество в двадцать». А в восемнадцать одиночество – это как? Что с нами будет к тридцати? Мне так хотелось, чтобы пришел Дэн… Это же ничего, что мы с Изкой все в пятнах, он ведь не испугается? Тем более, все уже проходит, поначалу было гораздо хуже.
Один раз пришли Швец-Нагорные с клюквенным киселем, Лиза наварила. Как и Алиска, они переболели ветрянкой в раннем детстве, а потому без опаски сидели с нами на кухне. Ни Коля, ни Лиза не намекнули на то, что мы выглядим ужасно, будто вообще ничего не заметили.
- Анка про тебя спрашивала , - неожиданно сказала художница. – Вроде у нее был твой номер, но она проманала. Хочет позвать тебя на маневры по весне.
- Куда-куда позвать?
Лиза усмехнулась: