- Привет, Маш.
- Привет. Будет минутка поговорить?
- Да, народу никого. – Дэн сел за столик. – Чего?
От прямого вопроса я стушевалась. Но тут же взяла себя в руки, крепко сцепила пальцы.
- Ты мне очень нравишься, Дэн. Да я думаю, сам догадался. Я хочу с тобой встречаться, по-настоящему.
Дальше добавить было нечего. Он смотрел на меня безо всякого выражения. Потом поднялся и вышел из зала. Я сидела, ошарашенная этим молчанием сильнее, чем какой-нибудь грубостью или злой насмешкой. Как вообще это понимать? Может, Дэн сейчас курит и думает, что мне сказать? Но разве это так сложно? Да, Маш, ты мне тоже нравишься – и тогда мы продолжаем встречаться. Нет, Маш, извини, у нас ничего не получится – и тогда я его больше не беспокою в этой жизни.
Вскоре Дэн снова появился в зале, спокойно принялся засыпать кофе в машину. На меня – ноль внимания, как будто третий столик пустой. Потом о чем-то заговорил с Артуром. Потом отнес счет на седьмой столик. Я сидела, чувствуя, как подступает к горлу тошнота, а щеки горят от обиды и стыда. Какая же я дура, на что надеялась? И какая несчастная. Что же теперь делать? Я даже не помню, как поднялась наверх. Зашла в первый попавшийся подъезд, села на подоконник. В голове не было мыслей, совсем, ни одной. Я смотрела на темную улицу за окном: впервые в жизни мне не хотелось жить. Мне бывало плохо и раньше, но так погано я себя еще не ощущала. Как полководец, собравший все силы для последнего боя и этот бой проигравший. Теперь только застрелиться, все, это Ватерлоо… Я сползла по стене, стирая побелку. И, наконец, разрыдалась, уткнувшись головой в колени. Плакала так, что, казалось, что-то разорвется в груди.
Я не сразу услышала мобильник, завибрировавший в кармане. Нажала на зеленую трубочку, даже не посмотрев, кто звонит:
- Да! – резко выкрикнула я. Не дай Бог, мама…
- Маш? – вопросительный голос Коли. – Что-то случилось?
Я даже не смогла ничего сказать, все силы ушли на то, чтобы не зареветь в трубку.
- Маш, ты где? – это уже Лиза.
- В подъезде, - честно говорю я.
- В каком?
- Не знаю, Лиз. Рядом с кафе дом.
- Так, - я прямо воочию увидела, как Лиза сдвигает брови на переносице. – Никуда не уходи, выходи на улицу. Через пять минут Коля тебя встретит. Приходи в гости.
Мне было все равно. В гости так в гости. Пусть Коля встретит.
Я не помню, как мы шли к Швец-Нагорным. Помню твердую Колину руку, на которую я опиралась. Кажется, он что-то говорил. Громко залаяла Фрида во дворе, Лиза прикрикнула на нее. Вот тут я начала возвращаться в реальность. Почувствовала, как замерзли пальцы, я выскочила из дома без варежек.
Лиза смотрела на мое лицо, залитое слезами, с черными потеками туши на щеках.
- Проходи на кухню, Маш. Сейчас чаю налью. Или умоешься сначала?
Я упрямо мотнула головой. Скоро передо мной оказалась чашка с горячим чаем, Лиза подвинула поближе розетку с вареньем, села напротив.
- Ну, чего там?
Мне хотелось рассказать, но что-то мешало. Остатки гордости, наверное. Не настолько же хорошо я их знала. Это с Изкой мы вытирали слезы друг другу в детстве и отрочестве, это Изка должна сейчас сидеть со мной и подставлять плечо.
- Николай, скройся, - скомандовала Лиза. – Будь мужиком и посмотри футбол иди.
Коля послушно взял чашку, сгреб из вазочки горсть печенья, уронил одно, наклонился, пролил чай, в итоге наступил на печенье. Я засмеялась. Лиза тоже. Подозреваю, что в другой раз ее суженому здорово бы досталось.