На руках у всех были повязаны зеленые ленточки.
- Да никто уже не подтянется, - сказала Анка. – Свен не отвечает, динамо, блин, Арну я не хочу звонить. По ходу, Машка, вдвоем с тобой. Пойдем к «зеленым», чего уж там. Освальд, давай, Махе помоги, я сама оденусь.
Мальчишка уже успел нацепить на себя суконный дублет и шапочку-тирольку с пером, такие в книгах носили менестрели. Я завязала поддоспешник, поддернула повыше рукава. Длинны они мне, да и в плечах широко, ну тут уж ничего не поделаешь. Вслед за этим Освальд быстро и ловко пристегнул мне «ноги», застегнул бригу.
- Ты первый раз?
- Ага.
- Страшно?
- Нет. А должно быть?
- Не знаю…я тоже в следующем году пойду на маневры.
- А чего не в этом?
- Командор не разрешает, я же в клубе, у нас с этим строго.
- Почему не разрешает? – поинтересовалась я.
- Ну, мне четырнадцать только, говорит, мелкий еще.
- Щенок, он говорит, - усмехнулась Анка. – Да, у Герерда не забалуешь. Маш, ну как тебе?
Как мне? Да в принципе, не сказать, чтоб очень тяжело. Ну, идти могу, повернуться тоже. А вот наклониться нет, присесть тоже. Блин, шнурок развязался. Освальд быстро наклонился и завязал. Мне стало как-то неловко.
- Спасибо.
- Ладно тебе, - улыбнулся он. – Я ж оруженосец, мне положено. О, Гридень свой шлем дал? Круто тебе.
- Да, расщедрился.
Гридень, кстати, куда-то пропал, наверное, встретил знакомых.
А Изка-то где? Я совсем о ней забыла, позвонить, как назло, не было денег. Проспала, наверное.
Я завязала подшлемник, надела шлем. Обзор прекрасный, не как у тех, кто с забралом. Лучше не думать о том, что будет, если мне вдруг попадут по лицу. Не попадут же?
Оруженосец всунул мне в руку меч, потом, подумав, вытащил Анкину котту: красно-белая, до колена, она прикрыла мою неприглядную бригу. Освальд завязал пояс, всунул мне в руку меч, повесил на локоть щит. Нет, он все же тяжелый. Я уже взмокла.
Анка тоже была готова: на ней красовался легкий шлем, пластиковые очки-маска, (не антуражно, но таковы требования организаторов, чтоб глаза не выбили ), синяя стеганка, панцирь, высокие сапоги, перчатки до локтя. На поясе – короткий меч, за спиной арбалет и колчан со стрелами. Мы пошли на допуск. Я засмотрелась на обогнавшую нас лучницу, видимо, из готов: она была в черном плаще, черном коротком платье, шнурованных высоких ботинках, но не современных «мартенсах» или там, «гриндерах», а пошитых их кожи. Белое напудренное лицо, густо подведенные глаза, белая прядь в черных волосах: очень эффектно. А повязка на руке желтая. Значит, будет стрелять в меня, а я должна не дать себя убить и добежать до нее первой… По дороге Анка объяснила мне правила, я в курсе, что можно и чего нельзя делать. Все просто: получил три удара по голове или в корпус, считай, убит, падаешь. В пах и ниже колена не бьем, неодоспешенных лучников не бьем, только касаемся. Ну и вообще смотреть по ситуации, народ собрался не с целью друг другу навешать, а чтобы на других посмотреть и себя показать. От разноцветных котт и щитов рябило в глазах, я не знала, куда смотреть. Вот бы мне познакомиться с каким-нибудь прекрасным рыцарем!
Нас с Анкой пропустили, причем судья уважительно на меня посмотрел. Я преисполнилась гордости, встала в строй «зеленых», в первую линию, ближе к правому краю, где стояли зрители. Лучники и арбалетчики стояли на флангах. Заиграл музыка, сначала какая-то веселая кельтская мелодия, а потом «Ария», «Смутное время»! Я чуть было не начала подпевать от полноты чувств, я была очень счастлива, сама себе не веря. Это я, Маша Дружинина, одела доспехи, как настоящая валькирия, и в руке у меня меч, и сейчас я пойду в бой! Страшно не было, совсем. Наоборот, подступал азарт и - не побоюсь этого слова – боевое безумие! Хотелось бежать вперед, обгоняя строй, врубиться в шеренги противника, успеть нанести несколько ударов… Ну да, а потом я получу не три, а десять ударов разом и упаду им под ноги.
- Маха-а-а-а! – донесся до меня голос Изки. – Я с тобой! Я пришла-а-а! Маха, давай!
Наш командир, здоровенный мужик в красной котте пытался навести порядок на левом фланге: там скопилось огромное количество «русичей» и прочих «варягов», ну из раннего средневековья. Из доспехов – шлем и кольчуга, руки-ноги практически не прикрыты. Панцирная пехота «желтых» легко их сомнет и зайдет нам в тыл, это даже я поняла. «Варяги» никак не хотели перестраиваться, командир орал и ругался, Кипелов пел, гремела музыка, «желтые» начали грохать мечами в щиты. Вскоре относительный порядок был восстановлен, наши рыцари разбавили эту славянскую рать, построились, пошли. Мы пошли выносить «желтых»! Засвистели стрелы, я немедленно вскинула щит над головой. Впрочем, наши лучники и арбалетчики тоже не дремали: ответили четким слаженным залпом, сначала правый фланг, потом левый, видимо, заранее договорились, чтобы было время перезарядиться. Под ногами ломались стрелы, я старалась перешагивать, но получалось не всегда.