Я, в общем-то, не вру. Я правда верю, что Марк решит все проблемы. Вот так просто придёт добрый боженька и исправит всё, что натворили злые глупые дети. Червячок сомнения начинает всё активней шевелиться в мозгах. Не бывает всё так хорошо и просто! Я в другом мире, а не в сказке!
– Лошадей стреножил, – гудит Хогг. – Дальше пешком. Если в твоей деревне кому-то нужна помощь, больше прока будет, когда мы придём в неё все вместе. Идём, пацан.
Тавек соглашается нехотя. Он понимает, что все здесь присутствующие спасали его с риском для жизни, и заставлять нас делать это снова – будет слишком. К тому же он должен показать нам дорогу. Про точку на карте я никому не говорил. Могут ведь у меня быть хоть какие-то секреты?
Снова, как в первый день, я иду сквозь лес за маленьким надёжным проводником. Сейчас эта чащоба кажется родной и знакомой. Милые дубы, стройные осинки, грибы на полянке. Приходится продираться сквозь густые кусты и молодые деревца. Зато здесь, кроме троллей, никого нет. Ни виверн, ни могучих магов. Погоня давным-давно не давала о себе знать.
Сейчас я совсем не тот наивный дурак с трактиром в пустой голове. У меня есть цель, и я иду к ней. Час-другой по кустам, и мы спасём мир! Ладно, Марк спасёт, а я просто сниму с него ошейник.
Мы почти у цели. Вот и та самая полянка с шалашом. Из лачуги прямо на нас выбегает голый, грязный и заросший, как заправский робинзон, Марк. Слава тебе, великий ИИ – старуха не устроила переезд.
Из-за полога шкур высовывается голова Видящей, и противный голос разносится по поляне:
– Лежать!
Марк падает на траву, будто ему палкой по ногам ударили.
Мы выходим из кустов на полянку, а старуха выбирается из шалаша. Она стоит и злобно смотрит на нас, уперев руки в боки. Её голос скрипит, как несмазанная телега:
– Я же сказала не приходить! Его нельзя отпускать! Нельзя! Зачем ты пришёл!
– Если он не поможет, мир…
Противный голос старухи скребёт железом по стеклу:
– Прокляну!
От её слов, а может, от тона, которым они сказаны, по спине пробегают противные мурашки. Геката молниеносно бросает нож. Из глаза Видящей торчит рукоять и начинает вытекать ручеёк крови. Тавек резким хуком откидывает Ге назад и наставляет на неё копьё!
– Так и знал! Нельзя верить гоблинам!
Просто чудо, что он замешкался. Видно, всё-таки не зря Ге два дня учила его веллорскому с утра до вечера. Вряд ли он может воспринимать её как монстра. Я закрываю собой Гекату и расставляю руки в стороны. Убивай, мол, меня, а её не трожь. За спиной парнишки поднимается Марк. Его лицо светится от счастья, он узнал меня! Рад видеть – значит, поможет.
– Тавек! Сейчас не время. Этот человек вернёт Мари, он может спасти всех. Если ты устроишь драку, он в нас разочаруется.
Чёрт! Едва ли админ захочет помогать идиотам, которые пытаются перебить друг друга. Я не то чтобы рад смерти бабки, но Тавек её явно уважал. С другой стороны, если бы я пробыл в плену не считанные дни, а хоть пару месяцев, я уж не говорю про годы – смерть тюремщика вызвала бы у меня искреннее ликование. А убийца такового стал бы лучшим другом. Илвирин не в счёт, она мной владела меньше суток и не сделала мне ничего плохого. А теперь так и вовсе союзница. В памяти неожиданно проносится тот самый поцелуй. Не время!
Даже головой трясти нельзя, нужно выгонять лишние мысли неподвижно. Я должен предстать перед старым приятелем в максимально адекватном виде. Администраторы не помогают дуракам.
– Тавек, опусти копьё! – мягко, но уверенно требую я.
Паренёк неохотно подчиняется, а голый и счастливый Марк подходит к нам.
– Привет, Тём. Рад тебя видеть! – как давно я не слышал английскую речь.
Это, конечно, не родной русский, но всяко ближе веллорского и прочих наречий. От обилия новых языков у меня в голове редкостная каша, а английский я со второго класса учил, да и потом имел возможность немало попрактиковаться в спокойной обстановке, хоть и без навыка "понимание языков".
– Я тоже, – отвечаю на родном для Марка инглише.
Подхожу к нему поближе и крепко двумя руками сжимаю его ладонь.
– Может, снимешь уже?
– Уж прости, что сразу не смог помочь. Меня тут немножко в плен поймали, после того, как тебя в прошлый раз повидал. Кстати, не скажешь, какого хера я появился тут через тридцать семь тысяч лет? А то я всю голову сломал над этой загадкой.
– Да всё просто, тебя из запаса выдернуло.
– Какого запаса?
– Я века провёл в этой хреновине! – почти молится Марк.
Чёрт, я, конечно, хотел обговорить условия, но это всё равно что рассказывать богу о своих планах и требованиях – только злить. Я применяю оценку и называю код. Ошейник с тихим щелчком спадает на землю. Марк долго и с наслаждением трёт освобождённую шею.